Читаем Аляска (СИ) полностью

...Я завершила волшебное превращение мужской сорочки в модную блузу, надела обновку и осталась довольна своей работой. Посмотрела за окно. Наступали быстрые осенние сумерки. Пора на Лису! Наши, наверное, уже все собрались. Как говорит Крот, 'темнота - друг молодежи!'.

Нужно еще накраситься! Я быстро, привычными движениями, наложила на лицо грим, припудрилась и удлинила тушью ресницы. Натянула джинсы и внимательно оглядела обтянутые плотной тканью бедра.

Я купила джинсы прошлой зимой. Была тогда почти на год младше. За прошедшие месяцы я немного вытянулась и заметно постройнела. Моя борьба с 'толстой Платонихой' давала свои плоды!

Я вспомнила, как часами носилась на коньках по льду Патриарших прудов. Джинсы сослужили мне тогда плохую службу. Я отказалась в их пользу от шерстяных рейтуз. Какие рейтузы, ведь они полнят! И, по заведенному мною правилу 'Быть стройной во что бы то ни стало!' надевала модные штаны на голое тело. Неудивительно, что в конце зимы я простудилась. А потом меня стали мучить сильные боли в низу живота. Я посоветовалась с будущей медсестрой Иркой Решетниковой.

- Придатки воспалились! - сразу поставила она диагноз. Как ни странно, он оказался правильным. - Соседка это дело соком алоэ лечит. Столетник дома есть?

- Есть.

- Выжми из него сок и сделай пару уколов. Сразу все пройдет!

Я последовала ее совету. Выжала из пыльных листьев столетника сок и наполнила им нестерилизованный шприц. На месте укола через день возникло нагноение. Поднялась температура, боли в животе стали невыносимыми. 'Скорая' доставила меня в больницу. В ней я пролежала две недели. Доктор тогда сказал:

- Девочка, если воспаление придатков возникает как осложнение простуды в таком раннем возрасте, знай: гинекология - твое слабое место! Не переохлаждайся, береги себя. А то потом не сможешь рожать!

Я тогда уверенно оправилась от болезни. А на следующий день после выписки из больницы надела джинсы и пошла на каток. И в эту зиму тоже пойду! Плевать мне на врачей, я должна быть стройной!

В окно ударил сильный порыв ветра. Старый тополь у храма Большого Вознесения закачался, стряхивая последнюю листву. На Лисе будет холодно. Зато весело!

Я сунула в карман куртки пачку сигарет и несколько рублей. Скинемся на вино - согреемся! Вперед!

Если бы я знала, что мне приготовила в тот вечер Лиса! Наверное, осталась бы дома.

Глава II

НА ЛИСЕ

На детской площадке возле вольера с лисой тренькала гитара, в темноте вспыхивали огоньки сигарет, раздавались взрывы смеха. Все было как обычно. На скамье возле песочницы Ирка Решетникова целовалась с Бананом, Крот флегматично перебирал струны гитары, Перец пытался удержать на коленях Ленку Круглову, а она хихикала и вырывалась. Обола с другими девчонками расположился на соседней лавочке. Маленькая Лялька качалась на качелях.

Я подошла к песочнице и небрежным жестом обозначила приветствие всей честной компании.

- О, кого мы видим! - Ленка вырвалась, наконец, из объятий Перца и подошла ко мне. - Привет! Ты вовремя! Мы на бормотуху собираем! У тебя как с монетами?

Я позвякала металлическими рублями в кармане куртки.

- Отлично! Банан с Красным сейчас в 'Вина-воды' сгоняют! Банан, оставь Решето! Вставай! Где Красный?

На Лисе обращение друг к другу по имени было не принято. Все имели клички. Причем довольно странные: они никак не отражали ни особенности внешности, ни характеры их обладателей. Как правило, прозвища вырастали из фамилий. Решетникова - Решето, Круглова - Кругляш. Рослый мордатый обалдуй Бананов стал на Лисе Бананом. Он учился в ПТУ вместе со своим дружком Красновым, как две капли воды похожим на него. Тот получил кличку Красный.

Мне на Лисе прозвища не дали. Я могла бы иметь кличку Платон, но этого не случилось. Теперь я понимаю, что ребят сбивала противоречивость моего облика и поведения. Я не укладывалась в стереотипы. В компании никак не могли определить мой статус. По возрасту я была одной из самых младших, но взрослое количество косметики, дорогие американские джинсы и экстравагантные куртки не позволяли занести меня в разряд 'мелкоты'. Я охотно вместе со всеми травила анекдоты и хохотала до упаду, пила вино и курила. Но не позволяла с собой фамильярничать. Огрызалась жестко и умело: научилась за годы травли в школе. К тому же у меня намного чаще, чем у других, были деньги и сигареты. Это здорово повышало мой авторитет.

В общем, ребята, похоже, запутались, и сняли вопрос о моем прозвище с повестки дня раз и навсегда. Меня это вполне устраивало. Выступать под мужским именем древнегреческого философа не хотелось. Другое дело, что и Олей меня не называли. Обходились без обращения. Мне это нравилось. Лучше быть интригующей persona incognito, чем каким-то Платоном.

Я достала из кармана деньги и отдала Ленке.

- Отлично! Теперь точно хватит! Красный! - заорала Ленка. - Ты где?!

Тот вывалился из ближайших кустов, застегивая брюки.

- Что за кипеж на болоте! Здесь я! Курить есть?