Читаем Аляпистый монохром полностью

Я купил пива, выпил его раньше, чем коснулся убогого порога-местами чёрного, местами фиолетового, напоминающего мне о том, что мне всю мою жизнь придётся ходить в туалет и глотать слюну… Настроение у меня плохое, но впереди какой-то человек, его голова в снегу, и он без шапки, также как и я. Я кинул в него снежок, еле-еле задел, он попал мне прямо в глаз, я поскользнулся.

Я исчез, он исчез…ВСЕ ИСЧЕЗЛИ.


ГЛАВА-10. Глаза наших строк».

–У комнаты бесчисленное количество стен и потолков, если ты их считаешь… Она, твоя комната, бесконечна, если ты ведёшь ей счет и при этом подключаешь фантазию, многие вещи кончаются, но, спросив у воображения ты поймёшь, что всё бесконечно! Поэтому ты и считаешь всё время стороны или точнее стены, потому что ты не можешь вести им учёт бесконечно. А жизнь-это святое и она вечная цифра и если её и считать, то считать вечно, любая сторона какой угодно вещи-это бесконечное число…Да уж, грустно всё это. . Потому что на самом деле жизнь кончается, рано или. . Рано… Вода-даёт жизнь, также, как и искусство…-Закончив, он отпил из своей зелёной бутылки. В огне все мои рукописи…Моё лекарство-точки, то что заканчивается-однажды или многократно..– выпил четыреста чёрных точек, и эта смоль поглотила всего меня. Ростки становятся всё выше, достигают космоса. . Выстрел! Наконец-то, достойный противник!Забавно-графоманская пуля точно прервала жизнь графоманской чуши…

И каким-то образом родила заново:

–Даже не знаю с чего начать, но твоя жизнь сейчас заканчивается. . Знаешь, я мог бы просто сказать, что ты графоман, бездарный стихоплёт, но парадокс в тебе популярней моих гениальных книг, он овеивает всего тебя, как атмосферный холодок из окна. Статус-это лифт, вечно падающий вниз и вдруг доставляющий тебя наверх, у него две стороны…

–Это был не монолог. -Он сделал такое лицо, точно собственные линии и черты ветра и всего сущего вобрал в себя в виде мужественных, придающих мудрости и даже живописных морщин.

–Ой, как интересно, ты меня видел, да?– Собеседник спрятался, но видимо не очень удачно…

–Глаз человека-это система вне системы, вообщем он прекрасен…

–Я не понял о чём ты, но это не отменяет факта , что я выстрелил в тебя и скоро ты умрёшь, но ты мужественно переживаешь боль и в то же время, ясное дело-истекаешь кровью. . . Что ж, теперь я согласен с твоими храбрыми морщинами, раньше я их вообще не замечал, но если б я был женщиной, ну или дешёвой шлюхой, я ни за что бы не устоял перед ними, хотя со шлюхами, сам знаешь как обстоит дело… Ахах. да. . Я романтизирую морщины. Что ж, забавно…

–Раз, два, три

–Что? – Задали вопрос.

–Выстрел…-Ответила пуля и пистолет.

Смерть сказала:о да детка, ты попал прямо в голову!

А жизнь промолчала-потому что её уже не было…


Но кровь не долго была птицей, её полёт был быстр, как человек, внезапно замолчавший при ком-то, кто далеко не уморительным смехом встретил его шутку…

Кошмар, что тебе снится-непревзойдённый оригинал, а тот, что происходит в жизни-жалкая копия.

Звучит сомнительно, но это так, потому что в это тебе, по идее хотелось бы верить, ах-ах-ах-ах. . Ведь всё должно быть так как ты хочешь, да???

–Аааа, что за чертовщина?!!Повесьте на виселеце, этот сон, если это не реальность, он мне весьма и весьма не угодил!-После пяти часов очень крепкого и даже сладкого сна, мне пришлось проснуться -Знаете, позитив и юмор-немного разные вещи. Многие позитивные фильмы называют комедиями, я долго обманывал себя перед каждой, так называемой мыльной оперой(кстати, как не иронично с этим словосочетанием у меня связаны более драматичные фантазии, ведь на самом деле мыло-это довольно драматичный атрибут и мне как-то плевать что скорее всего настоящее мыло здесь ни при чём, главное что я сказал что хотел, вы конечно к этому можете добавить что «да, ты сказал что хотел и показал себя полным идиотом”, но меня и это не заведёт тупик, ПОТОМУ ЧТО МНЕ ПЛЕВАТЬ. Вы же в свою очередь можете продолжить эту цепочку и так далее, ну вы поняли, грубо говоря мы с вами возможно создадим множество реальностей и из каждой будем смотреть на предыдущую… )-Думал, что я буду искренне смеяться вслух.

Вообще, есть два вида комедии: над которыми вы смеётесь, издавая звуки и над которыми вы смеётесь внутри. Черпнуть больше информации, ясное дело, можно в тишине, в той, на самом деле драме, которую почему-то назвали комедией…Как говорится:»Тишина-самый оглушающий звук»…

У времени день рождения всё время, каждую секунду, каждое мгновение, каждое…Небытиё что ли…Но оно его не празднует.Хотя в каком-то смысле даже зарезанная свинья отмечает свою днюху…В иносказательном и самом глубоком, но возможно в тоже время поверхностном смысле…Всё-делает всё…

И всё было пустотой и пустота была всем и никак иначе…

Глава-11. Несмешно.


Шоколад, я люблю, когда вкус похож на коньяк- смешанный, как ни странно с судьбой вкуса+ орехи.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Маринина , Геннадий Борисович Марченко , Александра Борисовна Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза
Чудодей
Чудодей

В романе в хронологической последовательности изложена непростая история жизни, история становления характера и идейно-политического мировоззрения главного героя Станислауса Бюднера, образ которого имеет выразительное автобиографическое звучание.В первом томе, события которого разворачиваются в период с 1909 по 1943 г., автор знакомит читателя с главным героем, сыном безземельного крестьянина Станислаусом Бюднером, которого земляки за его удивительный дар наблюдательности называли чудодеем. Биография Станислауса типична для обычного немца тех лет. В поисках смысла жизни он сменяет много профессий, принимает участие в войне, но социальные и политические лозунги фашистской Германии приводят его к разочарованию в ценностях, которые ему пытается навязать государство. В 1943 г. он дезертирует из фашистской армии и скрывается в одном из греческих монастырей.Во втором томе романа жизни героя прослеживается с 1946 по 1949 г., когда Станислаус старается найти свое место в мире тех социальных, экономических и политических изменений, которые переживала Германия в первые послевоенные годы. Постепенно герой склоняется к ценностям социалистической идеологии, сближается с рабочим классом, параллельно подвергает испытанию свои силы в литературе.В третьем томе, события которого охватывают первую половину 50-х годов, Станислаус обрисован как зрелый писатель, обогащенный непростым опытом жизни и признанный у себя на родине.Приведенный здесь перевод первого тома публиковался по частям в сборниках Е. Вильмонт из серии «Былое и дуры».

Эрвин Штриттматтер , Екатерина Николаевна Вильмонт

Проза / Классическая проза