— Обыкновенно собираюсь ставить, юноша — ногами, — ответил я. — Как император Четвертой галактической империи, сразу после перехода в мое подчинение я произведу вас в капитаны второго ранга, так сказать, авансом, и никто мне при этом не указ. Кстати, ваш Корабль зовут Амила, и она, как и вы, совсем молоденькая, практически только что с верфи. Подобное положено класть к подобному, и я стараюсь следовать этой мудрости.

— Я тоже согласен, — сказал кавторанг Кузьмин-Короваев. — Только скажите, на чье имя мы должны писать рапорта о прикомандировании?

— Рапорта пишите на высочайшее имя императора Михаила Александровича и передайте их Николаю Оттовичу, — ответил я. — Он перешлет их по принадлежности. Так как все трое вы — люди, не обремененные ни семьями, ни прочими привязанностями, на сборы и все прочее даю шесть часов. Время пошло, господа.

<p>Часть 102</p>

Мир «Крымского Излома», 26 декабря 2023 года, 05:45 мск, околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», главный командный центр

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Пробежавшись в темпе «Фигаро здесь, Фигаро там» по другим мирам, я вернулся к товарищу Гордееву ровно через три недели после первого посещения и примерно за десять дней до ожидаемого нападения эйджел. На последнем этапе, помимо урегулирования местных дел, особых хлопот потребовала реализация добычи, взятой в скоротечном спонтанном сражении с консорциумом кланов. «Мародеры», «Корсары» и «Флибустьеры» следовало отогнать на орбиту вокруг моего мира-Метрополии.

Там пока что из числа серых были назначены только инженер-капитаны и техник-лейтенанты. В диких кланах инженерные кадры имеются только у зажиточных кланов на крупных кораблях, причем в явном избытке, а пузатая мелочь обходится услугами горхинь, натасканных на стандартные ситуации, но у меня в Империи все должно быть по высшему разряду, и в первую очередь техническое обслуживание Кораблей. Сейчас новопроизведенные инженер-механики обследуют свои заведования и составляют длиннющие дефектные ведомости, где и что необходимо отремонтировать, заменить или модернизировать. В качестве идеального образца во всем, кроме представительской роскоши, я приказал взять мою маркрафиню Рион, потому что она тоже корабль класса «Флибустьер».

А вот Лилу, Маре и Амила в общий отстойник не попали, а оказались в сопровождении «Неумолимого». И пусть их командиры пока только с самого краю нюхнули космической службы, с их назначением все три «Длинных Меча» из иждивенок превратились в боевые единицы. При этом господа офицеры стоически вытерпели новость, что «мужских» штатных единиц в командах их кораблей по максимуму две: главный сигнальщик и главный ракетно-артиллерийский офицер. И даже приписанные к «Длинным Мечам» роты штурмовой пехоты укомплектованы исключительно бойцовыми остроухими из недавних наборов. Взводные и отделенные командиры там из моих изначальных ветеранш, и только ротные — происхождения четырнадцатого, восемнадцатого или сорок первого годов. В связи с этим впереди у меня маячит разговор о желательности или не желательности на борту Корабля контактов третьего рода, и порядки по этой части должны стать для новичков еще одним шоком.

Почти всех прошедших инверсию пленных темных эйджел я разместил на «Неумолимом», светлых послал в мир Метрополии, а франконских и тарданских наемников, пожелавших служить Империи, отдал под команду Велизарию, опять же из принципа «подобное к подобному». Теперь в коридорах моего флагманского линкора темные эйджел обычное явление, а никакая не экзотика. Это нежданное пополнение позволило кадрово усилить и авиагруппу, и палубную команду «Неумолимого», что еще немного приподняло его боеспособность.