Читаем Алгоритм любви полностью

Нареченной Василия Андреевича стала Елизавета фон Рейтерн, старшая дочь старинного друга Гергарда Вильгельма фон Рейтерна, с которым поэт познакомился в далеком 1826 году в Эмсе. Как будто повторилась история с Машей, но только на первый взгляд. Познакомились будущие супруги в 1832 году, когда девочке было 13 лет. Поэт произвел на нее большое впечатление. Жуковский очень редко виделся с семьей друга - раз в несколько лет, когда сопровождал своего венценосного воспитанника, путешествующего по Европе. Когда же в 1839 году он приехал в замок фон Рейтерна, то был потрясен. "Дочь Рейтерна, 19 лет, была предо мною точно райское видение, которым я любовался от полноты души... Мне было жаль себя; смотря на нее и чувствуя, что молодость сердца была еще вся со мною; я горевал, что молодость жизни миновалась и что мне надобно проходить равнодушно мимо того, чему бы душа могла предаться со всем неистощенным жаром своим... Это были два вечера грустного счастья. И всякий раз, когда ее глаза поднимались на меня от работы (которую она держала в руках) в этих глазах был взгляд невыразимый, который прямо вливался в глубину души... Этот взгляд говорил мне правду, о которой я не смел и мечтать". А может быть, вспомнилось последнее Машино напутствие: "Женись, Жуковский! Это единственное, чего тебе недостает, чтобы быть совершенным!"? Во всяком случае, после долгих размышлений и колебаний он объяснился с Рейтерном. Ему было отказано. Пока...

Жуковский не обременял семью визитами. Лишь год спустя он вновь вернулся к этому разговору и услышал в ответ: "Все зависит от решения дочери".

Любовь, надежды, мечты наполнили сердце Василия Андреевича радостью и восторженным удивлением: "Вся моя личная жизнь помолодела". Это заметили и друзья. "Он сохранил себя лучше нас. Я нашел его моложе себя, а он годом старее",- писал Ал. Тургенев в письме.

Объяснение состоялось 3 августа 1840 года. Елизавета была подготовлена отцом к этому разговору. Ее сердце ответило: "Да!" Жуковский в письме к родным не сдерживает чувств: "Она любит меня так, как будто я был молодой человек". Друзья и близкие радовались за поэта: "Подруга его, кажется, искренне любит его".

Восхищала друзей и невеста. Долли Фикельмон очарована ею: "Прелестна, ангел Гольбейна. Один из этих средневековых образов: белокурая, строгая и нежная, задумчивая и столь чистосердечная, что она как бы и не принадлежит здешнему миру". "Не принадлежит здешнему миру..." Всегда удивляюсь женскому чутью.

Молодые поселились в Дюссельдорфе. Жуковский сам выбирал дом. "Я убрал этот домишко так удобно, что не могу желать более приятнейшего жилища". Он счастлив и боится спугнуть счастье. В письме к Елагиной звучит страх сомнения: "...Долго ли продлится блаженный сон? и не дай бог проснуться!"

Пробуждение было скорым. После первых безмятежных недель стало ясно, что Елизавета, воспитанная на Гёте и Шиллере, не готова принять тернии жизни. Вся тяжесть семейное жизни упала на Василия Андреевича. На пятом месяце беременности у Елизаветы произошел выкидыш. Молодая женщина едва осталась жива. Жуковский назвал это "предисловием моего будущего".

Болезнь сломала нежную и трепетную Елизавету Евграфовну (так ее величали на русский манер). Ее воля совершенно парализована. Она долгими неделями не поднимается с постели; всегда ровная, спокойная, Елизавета стала задумчивой и замкнутой. "Семейная жизнь есть школа терпения",успокаивал Жуковский своих друзей. А может быть - себя?

Он ласков и заботлив. Он благоустраивает дом. Он всеми силами борется с отчаянием: "Не покоем семейной жизни дано мне под старость наслаждаться; беспрестанными же, всякую душевную жизнь разрушающими страданиями бедной жены моей уничтожается всякое семейное счастие... Крест мой нелегок, иногда тяжел до упаду..."

Рождение детей, Александра в 1842 году и Павла в 1845-м, еще больше подорвало здоровье жены. Тяжелое нервное заболевание не оставляло надежд. А дети растут. Ими надо заниматься. Жуковский посвящает им все свободное время. Но его собственные силы таяли с каждым днем. Он почти ослеп. Последнее горькое известие о смерти любимого Гоголя ускорило конец. Жуковский спокойно готовился к смерти. Своему камердинеру Василию наказал: "Ты, когда я умру, положи мне сейчас же на глаза по гульдену и подвяжи рот; я не хочу, чтобы меня боялись мертвого".

Василий Андреевич Жуковский умер в Баден-Бадене 12 апреля 1852 года (ст. ст). Его похоронили на загородном кладбище, в склепе, где на одной из каменных плит были выбиты его же стихи, написанные в 1821 году:

О милых спутниках, которые наш свет

Своим сопутствием для нас животворили,

Не говори с тоской: их нет,

Но с благодарностию: были.

В августе 1852 года слуга Жуковского Даниил Гольдберг перевез прах поэта в Петербург. Жена и дети остались в Германии.

Похороны состоялись 29 августа. Гроб в Александро-Невскую лавру несли студенты Петербургского университета.

Возвращение поэта состоялось. Душа улетела в вечность. Поэзия осталась в России.

10. Нина Грузинская и Александр Невский

(Александр Грибоедов)