Читаем Алгоритм любви полностью

Время, наверное, остановилось для него в тот момент, когда он переступил порог пансионата и спросил о Рощиной. Послушаем его племянницу.

"Послали за Екатериной Николаевной. И вот навстречу выходит старушка с седыми букольками и вопросительно смотрит на Ивана Сергеевича. Конечно, узнать друг друга через 45 лет оказалось сложно. Тогда Иван Сергеевич протянул ей фотографию. Дрожащими руками Екатерина Николаевна взяла фотографию, взглянула на нее и заплакала". Слух о том, что приехал старый артист из России, мгновенно облетел пансионат. Его пригласили к ужину. Иван Сергеевич рассказывал о России, о театре. Слушали затаив дыхание. Никто не скрывал слез. Для многих это была последняя весточка с далекой Родины. Только к полуночи Иван Сергеевич добрался до гостиницы, а утром МХАТ возвращался в Москву".

Невозможно даже представить потрясение этих двух людей. Екатерина Николаевна написала на той же фотографии: "Верному другу через 45 лет. Все та же Рощина. 1958 г.".

"Верному другу"... Это было для нее самое дорогое. Ей ли не знать цену верности, когда ее предала сестра, оскорбительно отозвавшись в своих мемуарах. Екатерина Николаевна долго не верила этому, поверив, перекрестилась и неожиданно сказала: "Сестра Вера стала коммунисткой. Зачем это ей? Ведь она была талантлива". Узнав о смерти Пашенной, горько плакала.

Последние годы жизни Иван Сергеевич провел в Доме ветеранов сцены на шоссе Энтузиастов. Был одинок. Семьи не создал. Его домом стал театр. Умер Иван Сергеевич в 1976 году в возрасте 85 лет и похоронен на Введенском кладбище в Москве рядом с матерью.

Возможно, перед смертью он часто брал в руки ее фотографию, подолгу всматривался в нее, вспоминал последнюю встречу. О чем он думал, когда написал на обороте: "Та же, да не та"?

А Екатерина Николаевна и в своих преклонные годы была красива. Тоненькая, очень стройная. Слегка удлиненный овал чуть смугловатого лица, тонкий прямой нос и огромные глаза. Одета всегда скромно и просто, ничего старомодного в облике, разве что шляпка с вуалеткой.

Была очень энергичной, деятельной. Последние годы много занималась перепиской с друзьями и даже начала было писать мемуары, но не закончила.

Екатерина Николаевна скончалась в марте 1970 года в возрасте 87 лет в парижской больнице. Ее слабые легкие не выдержали простой операции под анестезией.

Отпевали Екатерину Николаевну при огромном стечении народа в соборе Александра Невского на рю Дарю в Париже, похоронили на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. На могиле - простой деревянный крест.

...Ты веришь, милый друг,

Что за могильным сим пределом

Душа моя простится с телом

И будет жить, как вечный дух,

Без образов, без тьмы и света,

Одним нетлением одета.

Занавес опущен. Погашен свет. Действие окончено.

А жизнь... жизнь продолжается.

6. "Моя маленькая..."

(Сонечка Голлидэй)

Забытое имя - Сонечка Голлидэй. Его воскресила и обессмертила Марина Цветаева в "Повести о Сонечке". "Это было женское существо,- писала Марина,- которое я больше всего на свете любила. Это просто была любовь - в женском образе".

"Повесть о Сонечке" - "посмертный подарок" подруге молодости. Известие о ее смерти всколыхнуло самые глубинные воспоминания Цветаевой: "...Я спустилась в свой тот вечный колодец, где все всегда - живо. Словом, это лето я прожила с ней и в ней... Писала все утра, а слышала, слушала ее внутри себя - целый день". Так в 1937 году был создан реквием Сонечке Голлидэй.

Софья Евгеньева Голлидэй, актриса, талантливейшая ученица Евгения Вахтангова, родилась 2 декабря 1894 года в Москве и была крещена во Владимирской церкви, что в Свечном переулке.

Отец Сонечки, обрусевший англичанин, Евгений Георгиевич Голлидэй, ученик Антона Рубинштейна, известный пианист, был почетным гражданином Петербурга. Ее мать - Вера Павловна Риццони, дочь известного художника Павла Риццони, преподавала фортепиано в Павловском институте. Была знакома с семьей Скрябиных и Софроницких. Близкими подругами самой Сонечки была Алла Тарасова и Анастасия Зуева. Что ни имя, то легенда.

В воспоминаниях современников Сонечка - необыкновенно талантливая, одаренная... но трагически несостоявшаяся...

О ее жизни не сохранились подробности, даже дату рождения установили с трудом. Все, что о ней известно, кажется нереальным, убегающим. Ее "маленькое темноглазое лицо горело, как непогашенный розовый фонарь на портовой улочке". А глаза "карие, цвета конского каштана, с чем-то золотым на дне, темно-карие с - на дне - янтарем: не балтийским: восточным, красным.. Еще скажу: глаза немножко жмурные: слишком много было ресниц, казалось - они ей мешали глядеть... И еще одно: даже когда они плакали эти глаза смеялись".

Известно, что Сонечка училась на словесном отделении Мариинской гимназии. Сохранился журнал с отметками учениц. Цветаева импровизирует:

О том, как редкостным растением

Цвела в светлейшей из теплиц:

В высокосветском заведении

Для благороднейших девиц...