Рэнд достал из стенного шкафа резиновый костюм и стал одеваться. Диверс с безразличным видом сидел за столом, наблюдая за поднимающейся к потолку струйкой сигаретного дыма. Когда Дункан двинулся с места, его голова дернулась.

— У нас с вами есть общая черта, — проговорил Дункан. — Нам обоим не хватает человечности.

Лицо Диверса напряглось. Он начал что-то отвечать, потом вдруг замолчал и отвернулся.

Рэнд посадил Дункана в маленькую открытую машину и вел ее всю дорогу до купола. Яркий свет резал глаза, но Дункану виделось желтое ласковое солнце. На каменистой равнине он видел раскачиваемую ветром траву. Серый кролик выскочил из норы, на миг принюхался, затем юркнул обратно. Распылитель был больнице и шире человека. Дункан заглянул в его прозрачную дверь и увидел, как мерцает внутри воздух, подобно воздуху пустыни.

Рэнд опустил руку ему на плечо.

— Вы слышите меня? — Его лицо было бледно за маской костюма, а рука заметно дрожала. — Вам надо только войти и закрыть дверь.

Дункан шагнул вперед.

Рэнд сжал свою руку.

— Постойте. Пусть наваждение исчезнет!..

Дункан подумал, что это могло быть и с приговоренным к смерти на Земле. Придет священник, а потом врач предложит заглушить страх. Как разрешено законом.

Но он не хотел легкой смерти.

Дункан шагнул внутрь и своей рукой закрыл дверь — думая о солнце.

Он еще мысленно крикнул: «Я человек!..» Разрушительные силы добрались до человеческой плоти за резиновой оболочкой тела, и его смерть была болезненной и мучительной. Как он и хотел.

Ларри Нивен

Весь миллиард путей

Временные линии разветвляются и делятся. Каждый миг, постоянно; мегавселенная новых вселенных. Миллионы каждую минуту? Миллиарды?.. Тримбл никак не мог представить себе эту теорию — мир расщепляется всякий раз, когда кто-нибудь принимает решение. Где угодно. Любое. Расщепляется так, что каждый выбор мужчины, женщины, или ребенка что-то изменяет в соседнем мире. Эта теория способна сбить с толку любого, не говоря уже о лейтенанте-детективе Джине Тримбле, обеспокоенном иными проблемами.

Бессмысленные самоубийства, бессмысленные преступления… Эпидемия охватила весь город. И другие города тоже. Тримбл подозревал, что она свирепствует повсюду, на всем свете.

Печальный взгляд Тримбла остановился на часах. Пора закругляться. Он встал, собираясь идти домой, но медленно опустился на стул. Ибо уже завяз в этой проблеме.

Хотя ничего практически не достиг.

Но уйди он сейчас, завтра все равно придется вернуться к тому же.

Уйти или остаться?

И снова начались деления. Джин Тримбл представил бесчисленные параллельные вселенные, и в каждой — параллельный Джин Тримбл. Некоторые ушли рано. Многие ушли вовремя и сейчас находились на пути домой, в кино, в кафе, спешили на новое задание. Во множестве растекались из полицейских штаб-квартир. Джин Тримбл развернул на столе утреннюю газету. Из нижнего ящика стола достал приспособление для чистки револьвера, затем кольт 45-то калибра и начал его разбирать.

Оружие было старым, но вполне пригодным. Он стрелял из него только в тире и не собирался применять иначе. Тримблу чистка револьвера заменяла вязание — успокаивала, занимала руки и не отвлекала мысли. Отвернуть винты, не потерять их. Аккуратно разложить части по порядку.

Через закрытую дверь кабинета приглушенно донесся шум спешащих людей. Еще одно происшествие? Отдел уже не мог со всеми справиться.

Оружейное масло. Ветошь. Протереть каждую деталь и положить ее на место.

Почему такой человек, как Амброуз Хармон, выбросился из окна?

Он лежал на мостовой тридцатью шестью этажами ниже своей фешенебельной квартиры. Асфальт вокруг был забрызган кровью, еще не засохшей. Хармон упал лицом. Целой осталась лишь пижама.

Кровь возьмут на анализ, проверят на содержание алкоголя или наркотиков.

— Но почему так рано? — произнес Тримбл. Вызов поступил в 8.03, как только Тримбл пришел на работу.

— Так поздно, ты имеешь в виду. — Бентли прибыл на место происшествия на двадцать минут раньше. — Мы связались с его приятелями. Он всю ночь играл в покер. Разошлись около шести.

— Проиграл?

— Выиграл пятьсот долларов.

— Так… И никакой записки?

— Может, просто не нашли? Давай поднимемся.

— Мы тоже ничего не найдем, — предсказал Тримбл.

Еще три месяца назад Тримбл подумал бы: «Невероятно!» Или: «Кто мог столкнуть его?» Теперь, поднимаясь в лифте, он думал лишь: «Репортеры». Даже среди эпидемии самоубийств смерть Амброуза Хармона привлечет всеобщее внимание.

Вероятно, колоссальное наследство, доставшееся четыре года назад после гибели родителей, ударило ему в голову. Он вкладывал огромные суммы в самые безумные затеи.

Одна из таких затей удалась, и он стал еще богаче. Корпорация Временных Пересечений держала в руках немало патентов из альтернативных миров. Эти изобретения породили не одну промышленную революцию. А Корпорация принадлежала Хармону. Он стал бы миллиардером — не спрыгни с балкона…