Читаем Александра (СИ) полностью

— Фу, Витя, нельзя же так пугать, — отмахнулась от него Саша, — чуть заикой не оставил.

— Простите, — покаянно склонил голову оборотень.

— Ладно, проехали. А Денис где?

— Да, отошел ненадолго.

— Мне в аптеку надо, — поставила охранника в известность Саша.

— Пойдемте, — кивнул мужчина.

Вернувшись и выложив на тумбочку кучу лекарств, Александра присела на стул возле кровати Касторской.

— Сашенька, зачем же ты тратилась? У тебя ведь самой ничего нет, а еще эта ипотека… — смущенно посмотрела на нее соседка.

— Вера Ивановна, не переживайте, денег хватит.

— Банк ограбила? — невесело улыбнулась женщина.

— Берите выше — замуж вышла, — усмехнулась Саша.

— Замуж? Санюшка, поздравляю, — взволнованно откликнулась Вера Ивановна, — а человек-то хороший?

Пожилая женщина с приязнью относилась к своей молоденькой соседке. Добрый нрав Саши, ее одиночество, трудолюбие и некоторая старомодность импонировали Касторской. Вера Ивановна охотно занимала Александре деньги до зарплаты, если та не успевала получить небольшую прибавку за переводы, с удовольствием общалась с ней, зазывала к себе на чай и охотно слушала ее рассказы о работе, клиентах, начальстве…

Последнее время, правда, они почти не виделись, ну, да, новая работа не оставляла девушке времени на праздные беседы. Саша лишь изредка звонила и интересовалась, как дела. А какие могут быть дела у пожилой женщины? Ну, на рынок сходила, пирогов напекла, уборки-постирушки затеяла…Только с отсутствием Саши, Вера Ивановна поняла, как привязалась к ней. Женщине не хватало теплого взгляда соседки, ее жизнелюбия и стойкости, ненавязчивой заботы… Касторская скучала. И сейчас, после долгой разлуки увидев Сашу, разволновалась и едва сдерживала слезы.

— Хороший, Вера Ивановна, хороший, — улыбнулась Александра, отвечая на вопрос.

— А живете вы где?

— Да, в той же усадьбе, в которой я работала.

— Подожди, так ты уволилась?

— Нет, Вера Ивановна, — засмеялась Саша, — меня уволили.

— А как же…

— Ну, муж не захотел, чтобы я продолжала на него работать, — лукаво улыбнулась девушка.

— Так это ты за хозяина дома замуж вышла?

— Угу.

— А он хоть не из этих, олигархов современных?

— Нет, — усмехнулась Саша, — не из них. Вера Ивановна, вы поправляйтесь, я еще заеду. Все, что нужно из лекарств, у вас теперь есть. Выздоравливайте.

— Сашенька, я тебе потом все отдам, — взволнованно пообещала Касторская.

— Вера Ивановна, не переживайте, ничего возвращать не надо, с деньгами у меня сейчас проблем нет.

— Богатый? — проницательно посмотрела на нее соседка.

— Состоятельный, — уклончиво ответила девушка. Ей было не очень приятно осознавать, что она живет на деньги Оборского. Ну, ничего, вот подрастут дети…

— А ты изменилась, Саш, — тихо заметила женщина.

— Это плохо? — с улыбкой, спросила Александра.

— Нет, что ты. Просто, непривычно немного. Будто не год тебя не видела, а лет пять. Повзрослела, — задумчиво глядя на нее, выговорила Касторская.

— Ой, Вера Ивановна, скажете, тоже — пять лет! — засмеялась девушка. — Ладно, побегу я, а вы поправляйтесь.

Она попрощалась и быстро вышла из палаты. Слова соседки пробудили не самые приятные воспоминания. Повзрослеешь тут…

Звонок мобильного вырвал ее из раздумий. Глеб.

— Саш, ты где сейчас? — раздался негромкий голос мужа.

— В больнице, — не задумываясь, ответила Александра.

— Что случилось? В какой именно больнице? Я сейчас приеду… Саша, ты почему молчишь?

— Глеб, успокойся, со мной все в порядке. Просто, я соседку навещала, она в пятой городской лежит, на Герцена. Сейчас возьму ребят, и мы поедем домой.

— Помощь не нужна?

— Нет, все нормально, не волнуйся. Как дети?

— Спят. Пробовали возмущаться, но недолго.

— Скоро буду. Ужасно соскучилась по ним.

— Ладно, не задерживайся.

Глеб отключил телефон и невесело усмехнулся. Вот так. Соскучилась. По детям. А по нему она не скучает. Наоборот, отдыхает.

Неприятные мысли кружили в голове, подзуживая и не давая покоя. Да, непросто все у них с Сашей. А как хочется, чтобы как у других настоящих пар — полная гармония и взаимопонимание… Оборский вспомнил своих родителей. Те прожили в любви и согласии долгие годы. Он видел их трепетное отношение друг к другу. «Наташенька», «ангел мой», «любимая» — обращался к матери отец. А та отвечала ему с нежностью — «Дружочек мой», «Сашенька», «любовь моя», «единственный мой»…

А у них с Александрой ни одного нежного слова не проскользнет. И Саша молчит, и он из себя ничего выдавить не может — не привык, да, и сложно переламывать характер. Бывает, и хочется сказать что-то ласковое, только вот, страшно становится — ну, как, не поверит, или посмеется…

Да, не с того он начал отношения со своей парой, вот, теперь и расхлебывает…

И тут же его мысли переключились на родителей Саши. Что скрывает Станкевич? О чем молчит Александра? Его ребята, бьющиеся над загадкой семьи Станкевичей, так ни к чему и не пришли.

Кроме общедоступных фактов, ничего раскопать пока не удалось. Но это пока. Оборский верил, что, рано или поздно, он узнает, что произошло с его женой в прошлом.

Саша едва успела нажать отбой, как мобильный зазвонил снова.