Читаем Александр III полностью

Посетили московские театры. В Большом слушали оперу Михаила Ивановича Глинки «Жизнь за царя» и смотрели красочный балет, поставленный на музыку жившего в России итальянца Чезаро Пуньи по сказке Петра Ершова «Конек- Горбунок».

В Малом театре смотрели «Женитьбу» Николая Васильевича Гоголя и некоторые другие одноактные спектакли.

29 апреля по заведенному в царской семье обычаю посетили Троице-Сергиеву лавру.

По дороге из Москвы Александр Александрович записал в дневнике: «Уже два года прошло, и именно в эти дни мы познакомились с женой, и внутренняя связь оставалась постоянно. Здесь, видимо, был Промысел Божий над нами, и Он благословил наш союз. Именно это тяжелое и грустное время сблизило нас с женой. Еще над телом милого брата, сейчас после его кончины, мы горячо поцеловались с Минни. Милый Никса сам как будто благословил нас вместе: умирая, он держал мою руку, а другую держала Минни».

В Петербурге, куда они вернулись 2 мая, их ждал гость — брат Марии Федоровны Вильгельм («Вилли») — греческий король Георг I.

Вилли был ровесником Александра, но уже три года занимал королевский трон. Королем его избрало греческое Национальное собрание через год после свержения предыдущего короля — баварского принца Оттона.

Георг прибыл с деликатной миссией: он хотел посвататься к великой княжне Ольге Константиновне, кузине цесаревича Александра Александровича. Брат Минни был страстно влюблен во внучку императора Николая I, дочь его сына Константина Николаевича и Александры Иосифовны. Александру Иосифовну, урожденную Александру Саксен-Альтенбургскую, в семейном кругу называли «тетя Санни».

Дочь тети Санни Ольга увлекалась поэзией. Особенно стихами Михаила Юрьевича Лермонтова. Все знали, что она составила домашнее издание «Извлечения из сочинений Лермонтова на каждый день года» с автографами членов русской императорской фамилии и даже некоторых иностранных царствующих особ.

Александр Александрович дружил со своей кузиной, с радостью общалась с ней и Мария Федоровна. Поэтому они, конечно же, хотели сделать все возможное, чтобы мечта Вильгельма осуществилась.

Их усилия не пропали даром. Но это станет известно потом, осенью, а сейчас, после Москвы, цесаревича Александра и Минни ждала новая поездка. Нужно было спешить в Данию на серебряную свадьбу к родителям Минни.

На балтийских берегах

Из «Полного послужного списка наследника цесаревича Александра Александровича»:

«1867 год

— Отправился с государынею Великою Княгинею Цесаревною в Ригу — 7 мая.

— Куда прибыл 8 мая.

— В тот же день отправился на корвете «Аскольд» в Копенгаген, куда прибыл 10/22 мая.

— Из Копенгагена отправился на клипере «Изумруд» в Любек —17/29 мая.

— Куда прибыл 18/30 мая.

— В тот же день отправился в Кельн, где присоединился к свите Его Императорского Величества —19/31 мая.

— Из Кельна с Его Императорским Величеством прибыл в Париж — 20 мая/1 июня.

— Из Парижа отправился в Любек — 30 мая/11 июня.

— Куда прибыл 31 мая /12 июня».

Поезд прибыл в Ригу, столицу Лифляндской губернии, утром 8 мая 1867 года. Гостей встречали прямо у вагона, чтобы проводить до экипажей.

Цесаревич с супругой выехали из Петербурга накануне. Под перестук вагонных колес даже удалось хорошо отдохнуть.

С вокзала отправились в рижский порт. Там их ждал корвет «Аскольд».

На сверкающей чистотой шестидесятиметровой палубе трехмачтового морского красавца августейших гостей встречали все восемнадцать офицеров во главе с капитаном и шеренга матросов. После приветствия корвет взял курс на Копенгаген.

Корабль еще не успел покинуть Рижский залив, как Мария Федоровна занемогла. Тошнота накатывала бесконечными волнами, как вода за бортом. За три дня плавания она так ослабла, что не могла без посторонней помощи вставать. Матросы на руках выносили ее на палубу.

Сопровождавший их в поездке доктор высказал предположение, что цесаревна беременна. Обрадованный таким известием цесаревич готов был сам вместо матросов носить Минни на руках.

Ближе к полудню 10 мая впереди показался Копенгаген. Издали были видны шпили замков Кристиансборг и Розенборг, городской Ратуши, церкви Вор-Фрельсерс Кирхе, церкви Девы Марии и огромный купол Мраморной церкви.

Близость дома немного взбодрила Марию Федоровну. Она даже смогла самостоятельно выйти на палубу, а затем, когда «Аскольд» причалил, спуститься на берег. На пристани гостей из России ждали объятия, поцелуи, рукопожатия многочисленной родни.