Читаем Александр I полностью

Чарторыского, однако, он уверял, что ему нравятся военные церемонии, и, в самом деле, всю свою жизнь он любил парады (150 000 русских солдат было приказано принять участие в победном параде, состоявшемся под Парижем в 1815 году после того, как русские войска триумфально вошли в город в 1814 году). Александр ничего не писал о своем отношении к отцу в то время, но нет никаких доказательств его неприязни к Гатчине.

Действительно, вероятно, к обману Александр прибегал не столько в Гатчине, сколько при дворе Екатерины, где у него развивалось отвращение к роскоши и разложению. Он начал презирать поведение Екатерины и некоторые ее решения, чего она, к счастью, не заметила. Екатерина приходила в восторг от восхитительных манер внука, от его правильных взглядов и ума. Тем временем Александр свободно критиковал в кругу своих друзей ее правление, в частности раздел Польши и репрессии в ответ на освободительное движение в 1794 году (Павел тоже осуждал это, подтверждая, что отца и сына объединяло нечто большее, чем просто интерес к военным парадам). Чарторыский, который, конечно, поддерживал чувства Александра относительно Польши, заметил, что он

Александр был очень доброжелателен и, должно быть, знал, что выражает взгляды, которые его польский друг приветствует; нет сомнения, что он не приветствовал правление Екатерины. «То, что происходит, — непостижимо: каждый пытается украсть, сейчас с трудом встретишь честного человека, это ужасно», — писал он Лагарпу в феврале 1796 года^[20]. Александр наблюдал за деятельностью Екатерины в последние годы ее правления. Он был свидетелем крушения польской революции и последнего раздела Польши в 1793 и 1795 годах, а также репрессивных мер, принятых Екатериной после начала французской революции к русским писателям. Здесь можно сказать об Александре Радищеве, чья книга «Путешествие из Петербурга в Москву» (опубликованная в 1790 году) встретила резкую критику русских землевладельцев и правительства; это побудило Екатерину сказать, что книга заражена «французским ядом». (Поднявшись на трон, Александр дал пост Радищеву.) Он также был свидетелем унизительных связей пожилой Екатерины с молодыми и довольно развязными любовниками, в частности, возмущался тем, какой заботой она окружила своего очередного фаворита Платона Александровича Зубова.