Читаем Алек полностью

Я повернулась к Алеку, который стоял очень близко ко мне.

— Ты расскажи мне.

Он нахмурился. — Я ничего не понимаю.

Зато я поняла и это просто поразило меня.

— Ты флиртовал с моей тетей прямо на моих глазах.

Алек моргнул и рассмеялся. Это еще больше разозлило меня.

— Да пошел ты! — прорычала я и повернулась к нему спиной.

Где, черт возьми, мой напиток?

Все еще посмеиваясь, Алек скользнул руками по моей талии, опустил голову и положил подбородок на мое плечо.

— Я был вежливым, а не флиртовал.

Пофиг.

— Ты поцеловал ее руку и посмотрел так, будто обожаешь ее или вроде того.

Он на мгновение замолчал, а потом поцеловал меня в щеку.

— Я обожаю тебя и больше никого.

Я фыркнула.

— Ага, точно.

Он прижался своим пахом к моей спине, отчего я зашипела. Я была чувствительна, и этот ублюдок знал это.

— Я обожаю тебя, котенок, поверь мне.

Я не ответила, но оживилась, когда внезапно передо мной появился бармен. Я с удовольствием взяла напиток и заказала еще один — в конце концов, это открытый бар.

— Кила, — пробормотал Алек.

Я повернулась к нему и подняла взгляд.

— Да.

— Не напивайся назло, если ты обижена на меня, давай поговорим.

Я засмеялась.

— Так самоуверенно с твоей стороны думать, что я напиваюсь только потому, что ты разозлил меня.

Алек ухмыльнулся.

— Тебя бесят мысли, что я флиртовал с твоей тетей, когда я этого не делал.

Мудак.

— Я не такой эксперт, как ты, когда дело касается секса, но я узнаю флирт, когда вижу его.

Он вздохнул.

— Мы здесь всего пять минут, а ты уже споришь со мной.

— Потому что ты ведешь себя, как придурок.

— Я ничего не сделал.

— Продолжай повторять себе это, приятель.

— Ладно, хорошо, извини, если я тебя расстроил.

Я прищурила глаза.

— Так ты признаешь, что сделал что-то?

— Кила! Чего ты хочешь от меня? Я говорю одно – ты злишься. Я пытаюсь все исправить – ты еще больше злишься. Это чертовски сбивает с толку! С тобой мне требуется чертова инструкция! — проревел Алек.

Я фыркнула.

— Когда это ты читал хоть какую-нибудь инструкцию?

Он выглядел так, будто хотел задушить меня. Глубоко вздохнув он отвернулся, а потом поднял взгляд к потолку.

— Боже, дай мне сил.

Я отвернулась, собравшись уйти, но Алек не позволил мне.

— Куда ты собралась?

— Поздравить жениха.

Его глаза сузились в маленькие щелочки, а лицо превратилось в камень.

Зачем я это сказала?

— Кила, не угрожай мне, это не сработает в твою пользу. Ты меня поняла?

Я опустила взгляд вниз. То, что я сказала что-то подобное, было дерьмовым поступком, и я это знала.

— Скажи, что ты понимаешь, или между нами все быстро испортится.

Дерьмо.

— Я понимаю.

— Хорошо, я не гребаный инструмент. Никогда не пытайся заставить меня ревновать, потому что это закончится тем, что будет больно тебе!

Что, черт возьми, это значит?

— Как это может причинить мне боль?

Алек посмотрел на меня твердым взглядом.

— Потому что я не остаюсь из-за такого дерьма, что бросают мне в лицо.

— Поняла, — пробормотала я.

Алек опустил голову и поцеловал меня в губы.

— Прекрати это. Сегодня у нас был потрясающий день, пожалуйста, не порти его спорами.

Я подняла взгляд и кивнула.

Он прав.

Алек улыбнулся и снова поцеловал меня в губы.

Мы оба повернулись, когда дядя Брэндон подошел к нам, Эверли стояла рядом с ним.

— Я же говорила тебе, что она здесь.

Дядя улыбнулся.

— Я не был уверен, что ты вернешься.

Я пожала плечами.

— Я не собиралась, но Алек убедил меня.

— Серьезно? Сейчас?

Все немного напряглись, когда дядя и Алек уставились друг на друга.

Мне не понравилось это напряжение, поэтому я огрызнулась:

— Вам обоим нужно перестать это дерьмо и притвориться милыми. Это чертовски упростит подобные встречи.

— Кила! — сорвалась Эверли.

— Что?

— Ты леди, тебе не следует так ругаться, — произнесла она презрительным тоном.

Я улыбнулась.

— Ты ханжа, так что не лезь не в свое дело.

Она уставилась на меня.

— Я не ханжа, и только то, что мне не нравится вставлять в каждое предложение ругательство, не делает меня такой!

— Ты ханжа, если тебя беспокоят такие слова, и хочешь знать, почему? Потому что это именно так – это просто слова. Например, «еб*ть» – это не плохое слово, и единственная причина, по которой оно считается плохим – то, что общество заклеймило его таким. Я могла бы назвать тебя цветком и вложить в это самый отвратительный смысл, и это произвело бы тот же эффект, что и «плохое слово», потому что я вложу туда эмоции.

— Ты тупая.

Я пожала плечами. — А ты п*зда.

Алек прикрыл лицо, в то время как мой дядя сжал челюсть.

— Кила Дейли, — прорычал он.

— Не произноси так мое имя, мне двадцать три года. Я не чертов ребенок, и я не ее ребенок, так что скажи ей, чтобы она не указывала мне, как я должна разговаривать.

— Вы с Микой станете моей чертовой погибелью.

Я вздохнула, но не извинилась.

— Пойдем поприветствуем других людей, здесь еще так много гостей.

Дядя Брэндон сузил на меня глаза.

— Мы продолжим этот разговор в другой раз.

— Не могу дождаться.

Он вздохнул, когда Эверли увела его.

— Чертова сука, терпеть ее не могу.