Читаем Алатырь полностью

Перед глазами всё ещё было лицо приснившегося существа. «Странный сон»… Во сне он был Ириславом и всё происходящее видел своими глазами. Раздумывая над увиденным, Саныч встал, прошёл в ванную, привёл себя в порядок. Быстренько перекусил и вышел на улицу. Это лето в Москве выдалось очень жарким, вот и сейчас несмотря на поздний вечер на улице было душно. Саныч сел в свой автомобиль, сон до сих пор не выходил из головы, да и разговор со Степановичем тоже. «Ладно, разберёмся», — подумал Саныч, завёл машину, выехал на Новослободскую улицу и направился в центр Москвы.

* * *

До Никольской он добрался минут за тридцать. На проходной его пропустили, проводив пристальным взглядом. Саныч поднялся на третий этаж, в приёмной никого не было. Он зашёл в кабинет.

Кабинет был обставлен скромно, пол был покрыт ковролином, несколько столов стояли буквой «Т», три шкафа с бумагами, на стене висела большая карта Москвы и области с пометками на ней. Петрович прохаживался по кабинету с заложенными за спину руками.

Обернувшись, он пошёл навстречу Санычу, они крепко пожали друг другу руки, обнялись.

— Здорово, дружище! — сказал Пётр.

— Привет, привет, — произнёс Саныч.

— Ну, присаживайся, Саня. Может, коньячку выпьем за встречу?

— Нет, благодарю.

— А я, пожалуй, выпью, — Пётр Степанович подошёл к шкафу, открыл бар, достал бутылку коньяка, две рюмки, поставил на стол, налил одну и выпил.

Минут тридцать разговаривали, вспоминая былое, о сегодняшнем беспределе, который происходит в стране, о молодёжи, куда она катится и как на неё рассчитывать в будущем, о душевном упадке в стране, что людей интересует только материальная сторона…

Прервал разговор Саныч.

— Степаныч, ты меня поднял среди ночи, чтобы просто поболтать? Я так не думаю. Давай выкладывай, что задумал?

— Я даже не знаю, с чего и начать.

— Ты, главное, начни, а дальше само пойдёт, — сказал Саныч и вопросительно посмотрел на Петра Степановича.

— Да я вот думаю, как бы поделикатнее тебе объяснить всё.

— Степаныч, поделикатнее будешь с барышнями разговаривать, — ответил ему Саныч.

Пётр Степанович встал, прошёлся по кабинету, присел напротив Саныча.

— Саныч, а ты что злой такой?

— Да не знаю, что-то я последние дни сам не свой. Как подменили. Сон ещё этот из головы не идёт.

— Что за сон?

Саныч пересказал приснившийся сегодня сон.

— Захватывающе, — сказал Пётр Степанович.

— Так ты представляешь, что это именно я был. И так всё отчётливо, как будто это и не сон вовсе. Такое ощущение, что я на самом деле там был. Голова ещё эта, до сих пор перед глазами стоит. Раньше мне ничего подобного не снилось.

— Да, дела… Саныч, ты особо не заморачивайся, это же просто сон, — сказал Пётр Степанович и махнул рукой.

— Да, сон, но понимаешь, Степаныч, чувствую, должно что-то произойти, а что именно — не могу понять. Ладно, отвлеклись от темы. Говори, что там у тебя?

— Саныч, ты же знаешь про вечную борьбу добра со злом?

— Ну, про это все знают.

— Скажем так, я немного перефразирую: борьба светлых сил и тёмных.

— Степаныч, от перестановки слагаемых… сам знаешь.

— Да, так вот. Отнесись серьёзно к тому, что я сейчас тебе скажу. Знаешь ты или нет, но в нашей Вселенной уже не одну тысячу лет идёт война между светлыми силами и тёмными?

— Лихо ты хватил за Вселенную. А кто эти…

— Саныч, погоди, дослушай, — перебил его Пётр Степанович и продолжил: — Наша планета оказалась в центре событий и война идёт и на ней тоже. Нашу землю почти захватили и поработили тёмные силы. Мы только что с тобой разговаривали о том, что всё очень сильно изменилось не в лучшую сторону.

— Ну, это видно невооружённым глазом, что в последнее время всё очень сильно меняется. Но я не думал, что всё с этим связано, — пожав плечами, сказал Саныч, внимательно смотря на Петра Степановича.

— Некоторые из тёмных захватывают души людей, полностью подчиняя волю, а некоторых другими средствами — деньгами, властью. Я кое-какие вещи видел своими глазами, мудрые люди мне показывали. Также существуют приборы, подавляющие волю, зомбирующие людей, и много других средств.

— Это уже из разряда мистики и фантастики. Степаныч, ты, поди, фильмов насмотрелся, — слегка улыбнувшись, сказал Саныч.

— Да нет, какие фильмы. Понимаешь, я работаю с людьми, которые хотят возродить наше прошлое, язык, мышление, культуру и всё, что было забыто и что умышленно «забывается». Помочь людям «проснуться» и возродить былое.

— Надеюсь, не с теми, о которых я подумал? — произнёс Саныч, немного наклонив голову в бок и приподняв правую бровь.

— Нет.

— Где же ты их нашёл, людей?

— Это по линии супруги. Прадед её. Он меня сам нашёл.

— Прадед? — удивлённо спросил Саныч.

— Представляешь? Но там дедуля ого-ого, ещё нам с тобой форы даст.

Саныч на секунду задумался и произнёс:

— Знаю я одного дедушку, Светогором его зовут. В моей деревне живёт. Тоже старик не промах, я тебе скажу. Подлатал меня, будь здоров. Припоминаю, мне что-то по этому поводу он рассказывал, но я как-то особо не вдавался в подробности, считая это байками. Да и говорит он вечно загадками.