– Желание дамы закон для кавалеров! – не стал спорить он и, используя весло в качестве подставки, осторожно загнул лезвие, постукивая по нему рукояткой своего массивного клинка.

– Ну и ножи сейчас делают! – заметил он, закончив работу.

Крючок получился просто устрашающе грозным.

У Жаккетты появились сомнения в его пригодности. Будь она рыбой, при виде такого предмета, болтающегося в лазурной воде, она унеслась бы от него подальше со всех плавников.

Но отступать было поздно. Поэтому Жаккетта с невозмутимым видом взяла крючок и стала прилаживать к нему запасной шнурок от юбки, оставшийся после превращения двух нижних юбок Жанны в одну.

Орудие лова было готово. Осталось придумать приманку.

Жаккетта остановилась на сыре.

Из всех съедобных вещей, имеющихся в наличии на борту, слово «приманка» больше всего подходило именно к нему. А едят ли рыбы сыр? Ну, уж если рыба сыра не есть, то и ловить ее нечего, потому что кому нужна такая никудышная рыба!

Насадив ломтик полузасохшего твердого сыра на нож, Жаккетта спустила свою приманку в воду.

Рыжий кинул ей еще веревку и спокойно сказал:

– Удлини свою снасть и привяжи к мачте. Чтобы рыба не сорвалась.

Приняв его слова за чистую монету, Жаккетта вытянула нож с сыром, послушно связала вместе шнурок от юбки и веревку рыжего. Обернула веревку несколько раз вокруг мачты, завязала, спустила крючок с наживкой за борт и приготовилась ждать.

Рыжий с непроницаемым выражением лица долго смотрел на волны по левому борту, потом закашлялся.

Жанна, куда меньше верящая в людей, удивилась довольно странному креплению снасти. Но посчитала ниже своего достоинства вмешиваться.

* * *

Вера творит чудеса.

Жаккетта поймала рыбу.

Может эта макрель была сумасшедшая, а может, она давно искала надежный способ свести счеты с жизнью и кинулась на болтающийся в воде нож.

Жаккетта почувствовала, как веревочка в ее руках дергается и завизжала не своим голосом:

– Попалась!

Услышав ее визг, рыжий забыл про кашель и кинулся на помощь. Отстранив Жаккетту от дальнейшего лова, он, умело манипулируя веревкой вывел рыбу к борту.

Через несколько мгновений красавица, блещущая яркими синими красками, темная на спине и светлеющая к брюху, покрытая широкими поперечными размытыми полосами, большая и толстая, дергающаяся и бьющая хвостом, очутилась в лодке.

Жанна порадовалась, что сидит в носовой части и не принимает участие в этом рыболовном празднике. И останется сухой и чистой.

Ловким ударом по голове рыжий превратил рыбу в пищу. Краски ее потускнели и макрель стала просто серебристой.

– Да, правду говорят, что женщин и еще кое–кого бог любит! – заметил рыжий. – Сама разделывать будешь или мне позволишь?

– Делай! – милостиво разрешила Жаккетта, смутно представляя, что можно сделать из рыбы без кухни, очага, да даже завалящегося костра.

Рыжий знал, что можно сделать.

Он выпотрошил рыбу, отделил голову и хвост и распластал ее вдоль хребта. Потом освободил один из мешков, расстелил его, уложил тушку и туго посыпал ее мясо солью.

Затем свернул мешок и убрал, предоставив рыбе в нем спокойно солится.

Серебристые чайки, преследующие «Бирюзу», были очень рады нежданно подвалившему угощению и с резкими криками расхватывали выкинутую за борт требуху.

– Завтра, может быть, попробуем! – пообещал рыжий. – А еще лучше подвялить. Тогда с нее жир струиться будет. Вкусно, слов нет!

Жаккетта, горя желанием еще раз отличится, опять спустила крючок с новым кусочком за борт.

Но больше желающих отведать сыра не оказалось.

ГЛАВА XXV

Чем ближе становилась вторая ночь на лодке, тем сильнее в Жаккетте нарастало беспокойство. Сначала она долго не могла понять, почему тревожится.

Но потом поняла. Ночью, наверняка, надо ждать штурма со стороны рыжего! Силы святой Бриджитты не бесконечны, а лодка тесная.

«Да и пират этот, видно по всему, ни одной юбки не пропускает. Семь разновидностей любви. У–у, макушка рыжая! Как пить дать ночью полезет! Да только пусть попробует, я ему покажу, как к порядочным девушкам приставать! Ей богу, за борт скину!» – храбрилась Жаккетта.

Ее подозрения усилились после того, как рыжий сказал:

– Сегодня ночью спать мы будем все, потому как из вас никакого толку на руле не будет, а у меня и днем дел много.

– А как мы разместимся? – поинтересовалась Жанна.

– К сожалению, у нас только одна возможность! – заявил рыжий. – Правый борт будет женским, там вы разместитесь, одна в носовой части, другая в кормовой. А мне придется делить с барахлом левый борт. Конечно, я страстно желал бы переночевать в середине лодки, окруженный с двух сторон теплыми женщинами, но увы, мачта мешает! Когда остров будет рядом, мы выкинем ее за борт к чертовой бабушке и осуществим эту прекрасную идею. А пока придется спать так! – и подмигнул Жаккетте.

Только отсутствие вблизи тяжелого предмета помешало Жаккетте кинуть чем–нибудь в рыжего. Желание отправить его за борт стало еще острее.

* * *

Наступила ночь.

Жаккетта лежала в лодке, запрокинув лицо и смотрела, как покачивается бескрайнее небо над бескрайним морем. И звезды складываются в созвездия.