Читаем Акулья хватка полностью

 Картина разлетелась на миллионы кусков прежде, чем Джейсон что-то понял, и он вернулся к дыханию. Наконец, он сделал условия сносными, и направил КИ на соединение отдельных частей памяти. Только вода, сиреневый свет и снова вода. Он не видел воду, но он слышал звук всплеска о керамическую раковину. Он подумал, что вода означала его обезвоженное состояние, но сиреневый свет был бессмысленен. Он начал придавать ему разумную форму, как вдруг металл распахнулся, и солнце вонзилось в глаза миллионами маленьких иголочек. Что-то твердое ткнуло его в грудь, он открыл глаза и сквозь слезы увидел возвышающегося над ним мужчину в хаки. Тот казался двадцатифутовым, и тыкал его дубинкой.

 - Эс ла хора, - голос гиганта оглушил Джейсона. - Ту велас.

 Джейсон повиновался и сел, гадая о второй части приказа. Какое время закончилось? Джейсон случайно дотронулся до стен своей тюрьмы и замычал от боли. Он увидел, что был заперт на солнце в металлической коробке, и почти уловил обрывок памяти, когда страж хлопнул его по плечу и сказал на грубом диалекте батраков:

 - Вставай и иди к бараку.

 Джейсон встал и закачался, удерживаясь на затекших ногах. Он взглянул на ящик и понял, что КИ помогало ему выжить в стандартном железном гробу. Но как долго, он не знал.

 Ботинок пнул его под зад, подгоняя к большому сборному бараку в сотне ярдов.

 Еще пинок, и он пошел быстрее. Он с трудом видел барак и моргал, чтобы высушить слезы.

 Голые подошвы коснулись горячих бетонных ступеней, и Джейсон без пинков взлетел по ним в прохладную тень здания.

 После ящика полутьма была восхитительна, Джейсон глубоко вдохнул и вытер глаза. Он стоял в коридоре, разделенном фанерой, и сквозь тонкое дерево слышал пишущие машинки, шелест голосов, а когда он услышал звук текущей воды, в нем взорвалась ненависть к образу женщины. Только это была не женщина. Она была...

 - Вперед.

 Страж толкнул Джейсона дубинкой, и он пошел по узкому холлу и повернул по приказу налево. Еще несколько ступеней, и вдруг его ноги отказали, колени подогнулись и он упал на фанерную стену. Дубинка ткнула его, но он не заметил. Он терял сознание, но падая, он услышал ржание женщины, и этого было достаточно, чтобы привести его в себя. Он открыл глаза и огляделся, но в холле были только они со стражем. Женщина и её смех были только у него в голове. Он снова пошел, на каждом шагу вдыхая запах покрывавших его экскрементов. Когда он дошел до дальней двери, она открылась, и он услышал звук льющейся воды. Но не тот, который он помнил, и Джейсон надеялся, что его привели попить. Именно.

 В комнате было двое мужчин в резиновых перчатках и со шлангами. Из них тоненькой струйкой текла вода, и Джейсон облизнулся, сморщившись от боли. Ему велели стать к стене с распростертыми руками, и он повиновался. Мощная струя воды швырнула его об стену. Душ продолжался несколько секунд и повторился, когда его повернули лицом.

 Когда он прекратился, Джейсон, задыхаясь, упал на колени, но его быстро подняли и пихнули обратно к стене, где начали скрести жесткими щетками. Он закусил губу, когда щетки рвали его тело в сотне мест спереди и сзади, и облегченно вздохнул, когда лицо пощадили и помыли жесткой губкой. Его ополоснули из шлангов, накинули на голову полотенце и приказали вытереться.

 Он не знал, как держался на ногах, но пока он нежно промокал воду с израненной кожи, осколки образа текущей воды и сиреневого света вновь сверкнули в мозгу. Теперь, правда, к ним добавился свистящий звук, но все расплылось, когда ему приказали идти.

 Его провели нагишом через фанерный холл к стеклянной непрозрачной двери, и он рассвирепел. Это напомнило ему о боли и призрачной женщине, которая совсем не женщина. Джейсона остановили, он опустил взгляд, и его уверенность в себе чуть поколебалась. В локтевых ямках были красные точки, значит, ему кололи наркотики, возможно, сыворотку правды. Его грызла мысль, что он мог все рассказать.

 Стражник постучал, и высунулась рука с дезинфицирующим пульверизатором. Страж взял розовую банку, приказал Джейсону положить руки на затылок и обрызгал его всего жидкостью с цветочным запахом.

 Дверь распахнулась, и Джейсону приказали войти в комнату, где находился объект его ненависти. Или страха?

 - Входи, Лопес, я знаю, что тебе уже лучше.

 Лопес! Джейсон снова был уверен в себе. Он не сознался под наркотиками. Он рассказал историю о крестьянине, на которую запрограммировали его подсознание.