Читаем Акулья хватка полностью

 Джейсон не расхохотался в лицо Флэку, но по опыту он знал, что все было не так просто, как убеждал Флэк. Всегда упускались незначительные детали, возникающие в самый неожиданный момент. Он не поверил Флэку, что задание было для дураков, особенно когда обнаружил, что даже богатый талантами, разумный, точный Институт принимал решения на основании мелочей и пристрастий, а не логики. Он узнал это от первого инструктора, Брунгильды Стейгманн.

 Брунгильда Стейгманн! Имя вызывало образ домохозяйки ростом шесть футов десять дюймов, со светлой косой, толстыми руками и грудями, как Колокол Свободы, но Брунгильда была красивой стройной маленькой умненькой брюнеткой с правильными грудью и бедрами, с ангельскими, но чувственными чертами, какими старые мастера украшали холсты. Но когда Флэк представил Джейсона как человека для Операции Нефть, Брунгильда застыла и наградила Джейсона взглядом, исказившим её личико подавленным гневом.

 Но даже в раздражении она была соблазнительна. Испанские черты пылали, и Джейсон согласился с клише, что латинские женщины сексуальны в гневе. Что-то зашевелилось в паху, легкое ощущение, которое не могла вызвать даже Марси. И чем больше Брунгильда смотрела на него, тем больше Джейсон игнорировал болтовню Флэка. Он внес её, как бы глупо это ни было, в список потенциальных любовниц. Когда Флэк оставил их одних, Брунгильда, непонятно почему, разбудила все сексуальные фантазии, которые Джейсон строил со времени обнаружения разницы между мальчиками и девочками.

 Фантазии были мгновенно растоптаны реальностью, когда они сели напротив друг друга за длинным столом.

 - Слушай, - буквально зарычала Брунгильда. - Договоримся с самого начала.

 Ее носик очень провоцирующе сморщился, и Джейсон переместил её имя на пол-списка вверх.

 - Наши отношения чисто деловые, - её глаза вызвали мечту о смятых простынях, тихом дыхании и двух мерцающих в темноте сигаретах, когда они расслабляются после секса. - И можешь заверить свою задницу, это все, что будет.

 Она снова сморщила нос и сверкнула глазами, и Джейсон с трудом слышал остальное.

 - Я не хочу рассказывать тебе о местности, в которой ты будешь работать. Насколько я знаю, все можно узнать из атласа. Мне велели впихнуть все, что я знаю о Пунта де Флеча, в дерьмового идиота. Я это сделаю. Но если в твоем черепе возникнет что-либо еще, можешь сразу выкинуть. Понял?

 - Я люблю тебя, - ловко бросил Джейсон, и она подавилась, - Иисус Христос, мать твою!

 Секунду он думал, она его ударит. По-мужски сжав кулак, она отвела его к плечу и спросила:

 - Ты сказал "твою мать"?

 Джейсон кивнул, глядя на её саркастическую улыбку, и она чуть расслабилась и опустила руку.

 - Не знаю, где Большой Джон подобрал такого чертового чудака, сказала она, - но давай будем взрослыми, ладно?

 - Большой Джон?

 - Ага. Так большинство пациентов называют Институт. Подходит, как презерватив к члену.

 Джейсон посмотрел на неё и решил, что единственная возможность победить её напускную, как ему казалось, суровость, быть циничным, как она. Или даже больше.

 - Прежде чем мы начнем, я хочу спросить, - сказал он.

 - Да?

 - Зачем вы разговариваете, как грузчик, пойманный на крюк?

 - Мне кажется, это мое дело, мать твою.

 - Хорошо, сеньора, я только поинтересовался.

 Он опустил глаза и добавил:

 - Если вы перестали изображать из себя главного надсмотрщика, можем начать.

 Злобы не было, наоборот, она старалась сдержать улыбку, тронувшую губы, но та прорвалась в овальные глаза, и она чуть расслабилась, хоть и сохраняла злое отношение "отвали".

 Джейсон почти видел её напряжение, и, пока она пустилась в детали, гадал, почему она бесится. Будто кто-то схватил её за глотку и выдавил проклятия, и будто говорила она не ему, а тому. Он не хотел оказаться у неё под каблуком, но ему не удавалось стряхнуть растущее сочувствие к этой женщине, и он становился все напряженней, пока не стал таким же взвинченным, как сама Брунгильда Стейгманн.

 Наконец, усилием воли он успокоил нервы и заставил себя слушать, что она говорила о Пунта де Флеча.

 Она начала лекцию, притащив что-то вроде слайдового проектора. Джейсон был поражен трехмерным видом пляжа, джунглей, гор и даже светящегося неба, освещавшего стол между ними. Это была голограмма, и поразительная, как образ Флэка. С маленькой указкой она описывала ориентиры, тропы, дороги и здания, которых надо избегать, и так далее, меняя виды ножным переключателем.

 Они работали с двух до пяти, просматривая голограмные пейзажи, карты, фото трех друзей, которые должны его встретить, и другое, что ему понадобится, и в пять объемная информация расплылась в мозгу Джейсона. Наплыв фактов смешивался со смущением, и он изменил отношение к подготовке. Ему надо больше двух часов или дней. Две недели - превосходно, особенно если инструктором будет Брунгильда. Она остывала и в то же время теплела все эти три часа, и её голос не был таким стервозным и ломким, когда она сказала:

 - Давайте прервемся и перекусим.