Читаем Акулья хватка полностью

 Старый священник выглядел искренне встревоженным.

 – А разве я нуждаюсь в помощи? – Он улыбнулся чудесной улыбкой. – Сын мой, моя вера победила: она позволила мне преодолеть все трудности несмотря на все то, что они пытались со мной сделать. Никогда не чувствовал себя более верящим в Бога, чем в те темные дни моей жизни.

 – А Росситер? – спросил Шавасс. – Что можно сказать о вере Росситера?

 Старый священник с тревогой посмотрел на них.

 – Джентльмены, здесь я оказываюсь в трудном положении. В Ном Беке я был его исповедником, а он – моим. Тайна исповеди священна. Могу только сказать, что у него возникли проблемы задолго до того, как он попал в руки коммунистов. С их точки зрения он был созревшим плодом.

 – А какого рода были эти проблемы?

 – Если мне будет позволено использовать марксистскую терминологию, то я бы сказал, что у каждого человека есть теза и антитеза. Что касается священника, его тезой является все то, во что он верит, все то, что поддерживает он и его призвание. С другой стороны, его антитезой является его темная сторона, та сторона, которая присутствует в каждом из нас. Страх и ненависть, насилие, агрессивность, стремление к материальному благополучию. Чувство вины мучило Леонарда Росситера задолго до того, как инструкторы в Ном Беке начали с ним работать.

 – Но почему он покинул Священный Орден?

 – Официальное объяснение состояло в том, что он испытал кризис веры – что он не мог больше оставаться священником. Это произошло три или четыре года спустя после его возвращения.

 – Но вы не думаете, что он был изгнан из-за того, что проводил партийную линию?

 Отец да Суза кивнул.

 – Думаю, они смогли предложить ему то, что он искал, сильную веру, веру, которая могла его поддержать.

 – Вы сказали, что они смогли предложить ему, святой отец? – переспросил Дарси Престон.

 Отец да Суза мягко улыбнулся.

 – Одно я могу сказать вам со всей определенностью. Леонард Росситер – человек с измученной душой. Он подобен герою поэмы Томсона, всю жизнь преследуемого псами Господа, бегущего от надежды на спасение, обреченного на гибель из-за отвращения к самому себе.

 Шавасс медленно кивнул.

 – Пожалуй это все, святой отец. Думаю, что вы все нам сказали.

 – Надеюсь, что смог вам помочь. Всего хорошего, джентльмены.

 – Прекрасный человек, – сказал Дарси Престон, когда они сели в машину.

 – И даже более того.

 Шавасс повернул ключ зажигания и они быстро уехали.

 Меллори выслушал все то, что ему рассказали, со странным рассеянным выражением лица.

 – После того, как вы ушли отсюда, я связался с разведкой НАТО.

 – По поводу Монтефиори?

 Меллори кивнул.

 – Все оказалось чрезвычайно странным, Пол. У них ничего нет против него. Именно это-то меня теперь и беспокоит – по-настоящему беспокоит. Я уже готов услышать, что он является наиболее опасным двойным агентом в той игре, которую ведет. Но вся данная ситуация пахнет чертовски плохо. Что вы думаете по этому поводу?

 Шавасс встал и прошелся взад и вперед по комнате.

 – Давайте рассмотрим два наиболее важных момента. Полковник Хо Дзен – и Леонард Росситер, который, как представляется, во время своего плена стал сторонником коммунистов. Однако все это оставляет нас лицом к лицу с самой удивительной загадкой. Зачем понадобилось финансисту и мультимиллионеру вроде Энрико Монтефиори поддерживать воинственный коммунизм китайского толка? И ещё один момент – весь этот иммиграционный бизнес. Все это выглядит совершенно по-любительски. Я готов перерезать себе глотку, что смог бы организовать все гораздо лучше.

 – Все правильно, действительно, организация Росситера является любительской, как вы сказали, но у китайцев нет особого выбора, когда дело идет о друзьях и союзниках. Ведь вы же помните, у них единственная опора в Европе – Албания. Весьма возможно, они просто не представляли, насколько второсортной является организация Росситера.

 – Возможно, вы правы, – согласился Шавасс. – Наверняка они не могли позволить себе быть слишком разборчивыми. Любого рода контакт с европейским рынком лучше, чем ничего. Подозреваю, они именно таким образом смотрели на все это и оказались при этом чертовски наивными. Люди всегда говорят, что мы не понимаем Восток. Возможно, это правда, но и Восток понимает нас не лучше.

 Меллори примерно полминуты смотрел в пространство, потом кивнул.

 – Правильно, Пол, вот вы этим и займитесь. Найдите их, всех троих. Хо Дзена, Росситера и Монтефиори. Мне хотелось бы знать, в чем здесь дело, но самое главное заключается в том, чтобы остановить их.

 – Остановить навсегда?

 – Естественно. Найти и уничтожить. Я не вижу никакого смысла в том, чтобы ограничиваться полумерами. С настоящего момента это полностью ваше дело. Когда сможете, используйте нашу обычную систему связи, чтобы держать меня в курсе событий. По дороге поговорите с Джин относительно денег. Что-нибудь еще?

 Шавасс кивнул.

 – Тот человек, которому вы поручили наблюдать за этим Горменом в Фиксби – уберите его.

 – Вы хотите сами туда отправиться?

 – Мне представляется, что для начала это место может быть не хуже любого другого.

 Меллори потянулся к телефону.