Читаем Аку-аку полностью

Ночью прошел сильнейший ливень. Пасхальцы страшно обрадовались, потому что запасы воды в деревне кончились и приходилось носить воду из пещер и с кратерного болота. И вот в самый разгар засухи разверзлись хляби небесные. Это ли не хорошая примета! Правда, для нас, обитателей палаток, это был чистый потоп. Едва прекратился дождь, как дорога преобразилась в шоколадного цвета поток и в два счета превратила лагерную площадку в озеро. Меня разбудил счастливый голосок Аннет, которая кричала по-полинезийски: «Гляди, мама, гляди!» Она радостно показывала пальчиком на свой горшок, который поплыл, описывая круги между раскладушками. Я отнюдь не разделял ее восторга, когда обнаружил, что наша одежда, чемоданы и прочее имущество утонули.

Снаружи журчал быстрый поток, в палатках звучали проклятия и смех. Кухонный тент сорвало, ящики для примусов были доверху наполнены водой, кругом плавали продукты. Кок и стюард стояли в месиве из муки и сахара и ломом вырубали канавку в полу, чтобы был сток для воды. Фотограф сложил пленку и аппараты на кровати; моряки вычерпывали воду из палаток кувшинами и ведрами, словно спасали тонущий корабль. Мы живо вырыли канаву, перегородили дорогу плотиной и отвели поток в сторону. В разгар суматохи меня пришли поздравить сияющие от радости «длинноухие», которые благополучно отсиделись в сухой пещере. Хорошая примета! Теперь надолго хватит воды и людям, и скоту. Шкипер тоже был доволен: на судне удалось собрать несколько тонн дождевой воды. За одну ночь — полный танк! Ливень усмирил ветер, и многодневное волнение на море улеглось.

Но один человек остался в пещере «длинноухих», он лежал и корчился от острой боли. В эту ненастную ночь он впервые ходил в свой родовой тайник за скульптурами. Я узнал об этом только на следующий день, когда мы с врачом поздно ночью вернулись от Эстевана и его жены.

Прежде чем войти в палатку, я постоял и полюбовался силуэтом воздвигнутого великана на фоне переливающегося звездами южного неба. Вдруг из тьмы появился Лазарь, и по лицу его я сразу понял, что случилась какая-то беда. Он сообщил, что брат звонаря, тот самый худой всадник, лежит при смерти в пещере Хоту Матуа. Нужен доктор!

Врач уже приготовился влезть в спальный мешок, но мы заставили его одеться, и все втроем поспешили через долину в пещеру. По дороге Лазарь поделился со мной тем, что ему рассказал больной. Дескать, у пего есть пещера, и он ходил в нее под ливнем и достал много предметов, которые уложил в мешок и спрятал между камнями на горе над Анакенской долиной. А под утро ему вдруг стало худо. Дальше — больше, и теперь его рвет, он корчится и жалуется на дикие рези в животе. Он сказал по секрету Лазарю, где спрятан мешок, и попросил отнести вещи мне, если сам умрет.

В пещере, тщетно пытаясь уснуть, лежали вповалку наши рабочие. У задней стенки я увидел бледного верзилу — щеки впалые, вид такой, что хоть в гроб клади. Он тяжело дышал, стонал и корчился. Его товарищи испуганно смотрели, Когда врач крутил костлявого больного и пичкал его пилюлями. Потом доктор сходил в лагерь за новой порцией лекарств, постепенно больной начал успокаиваться, боли прошли, опасность миновала.

Когда мы наконец покинули пещеру, бедняга успел настолько оправиться, что потихоньку выбрался наружу и исчез в темноте. Он отправился прямиком на гору, взял мешок и помчался с ним в тайник, чтобы поскорее положить все на место и отвести от себя гнев аку-аку. Оставив там тяжелое бремя, он вернулся в деревню и рассказал друзьям, что был на волосок от смерти. Врач объяснил мне, что у него были всего-навсего сильные колики.

Болезненный брат звонаря промелькнул, будто метеор в мочи, но ливень и исцеление умирающего произвели сильное впечатление на жильцов пещеры. И когда я уже под утро вернулся в палатку, на моей кровати лежала вытесанная из камня оскаленная голова кошки — то ли льва, то ли пумы. Чиркнув спичкой, я увидел, что Ивон не спит. Она рассказала, что несколько минут назад приходил какой-то пасхалец и просунул каменную голову в палатку. Кажется, это был младший брат бургомистра.

Совершенно верно: на следующий день ко мне пришел усатый коротыш с карими оленьими глазами — человек с золотым сердцем, который помог бургомистру, Лазарю и мне перевернуть первый камень с изображением кита. Избавившись от своих страхов, Лазарь давно старался ободрить Атана, тоже владеющего подземным тайником. И тот даже сказал ему, что хочет спросить своего старшего брата, бургомистра — может быть, он разрешит ому принести что-нибудь из пещеры для сеньора Кон-Тики.