Читаем Акселерандо полностью

—Эх.— Мнение Манфреда об адвокате понижается на пару пунктов. Тут Памела возвращается с кухни с ледяным выражением на лице. Через некоторое время оттуда появляется и Аннетт, сияющая и невинная, с туркой и кружками. Интересно, что же там происходит, думает Манфред, но тут один из электронных агентов быстро шепчет ему что-то на ухо, чемодан испускает заунывный крик и пересылает ему чувство совершенного отчаяния, а дверной звонок звонит снова.

—Так в чем мошенничество? — продолжает Глашвитц, пододвигаясь неудобно близко к Манфреду и шепча уголком рта. —Где деньги?

Манфред раздраженно смотрит на него. —Но там нет денег — говорит он. —Замысел в том, чтобы сделать деньги устаревшими. Разве она не объясняла все это? Его глаза разглядывают адвоката, его дорогущие наручные часы Patek Philippe и перстень с печаткой и поддержкой Java[91].

—Да ну! Вот не надо пытаться кормить меня такими словами. Смотрите, все, что потребуется, это пара миллионов, и тогда Вы сможете выкупить свою свободу, а мне станет все равно. Я здесь исключительно затем, чтобы ваша жена и дети не голодали и не пошли по миру. Мы же оба прекрасно знаем, что у вас где-то спрятан золотой погреб. Просто взгляните на свою репутацию! Вряд ли вы заработали ее, стоя на обочине с шапкой, верно?

Манфред фыркает. —Вы говорите об элитном аудиторе налоговой службы. Она не пойдет по миру, она получает комиссию за любого бедолагу, которого утащила в застенки, и она родилась с траст-фондом[92]. Что до меня… — Стереосистема издает сигнал. Манфред снова надевает очки. Шепчущие призраки мертвых артистов неумолчным гулом наполняют его слуховой отдел, требуя отпустить их на свободу. Кто-то снова стучит в дверь, он оглядывается и видит, как Аннетт идет открывать.

—Вы ставите себя в затруднительное положение — предупреждает Глашвитц.

—Ожидаешь компанию? — спрашивает Пэм, взгянув на Манфреда и приподняв бровь.

—Не совсем…

Аннетт открывает дверь, и пара охранников в полной экипировке спецназа шагают внутрь. В руках они сжимают гаджеты, смахивающие на помесь цифровой швейной машинки с гранатометом, а их шлемы утыканы таким количеством датчиков, что напоминают космические зонды 1950-х. —Вот они! — ясно говорит Аннетт.

—Mais Oui. Дверь сама собой закрывается, и охранники становятся по бокам. Аннетт шествует к Пэм.

—Вы надеялись заявиться сюда, в мое летнее жилище, чтобы здесь обобрать Манфреда? — говорит она, и фыркает.

—Вы делаете серьезную ошибку, леди — говорит Памела настолько ровным и холодным голосом, что им можно сконденсировать гелий.

Статический треск от динамика рации одного из солдат. —Нет — говорит Аннетт, как будто откуда-то издалека — …никакой ошибки.

Она указывает на Глашвитца. —Вас уведомили о передаче?

—Передаче? Адвокат выглядит озадаченным, но кажется, присутствие охранников его не волнует.

—По состоянию на три часа назад — тихо говорит Манфред, —контрольный пакет компании „холдинг.изобилия.корневой.1.1.1“ был продан З.А.О. Афины-акселерант, подразделению венчурного капитала из Маастрихта. Один-точка-один-точка-один — это корневой узел центрального дерева планирования. Афины — не простое ЗАО, они акселеранты — они берут взрывные бизнес-планы и детонируют их. Глашвитц бледнеет — сложно сказать, от гнева ли, или от страха потерять комиссию. —Но на самом деле, Афинами-акселерант владеет компания-оболочка в собственности у итальянской коммунистической партии. А важно на данный момент то, что здесь присутствует исполнительный директор 1.1.1.

Памелу это, конечно, раздражает. —Детские попытки избежать ответственности?

Аннетт прокашливается. —Как по-вашему, кого именно вы теперь пытаетесь засудить? — сладко спрашивает она Глашвитца. —Можно взглянуть на наши законы о нечестном ограничении торговли, если пожелаете. А так же о внешнем политическом вмешательстве, особенно по части финансовых отношений с итальянским правительством.

—Вы не станете…

—Я — стану. Манфред потирает руками колени и встает. —Уже готово? — спрашивает он чемодан.

Приглушенные попискивания, и скрипучий синтетический голос произносит: —Выгрузка завершена.

—Ага, хорошо. Он ухмыляется Аннетт. —Время впускать следующих гостей?

Условный знак, и дверной звонок снова звонит. Охранники скользят в стороны, Аннетт щелкает пальцами, и дверь открывается, впуская пару безупречно одетых гангстеров. В комнате становится тесно.

—Который из вас Макс? — бросает старший из бандитов, безо всякой очевидной причины вперившись взглядом в Глашвитца и покачивая увесистым алюминиевым чемоданом в руке. —У нас поручение.

—Вы ААОАП, по всей видимости? — спрашивает Манфред.

—Угадали. Если вы Макс — у меня приказ о задержании…