Читаем Акселерандо полностью

Айнеко наблюдает за Манфредом с подушки, непрерывно мурча. Втягивающиеся когти пробуют ткань простыни, сначала один коготок, потом другой. Айнеко полна древней кошачьей мудрости, которую Памела установила в нее еще в те времена, когда мастера и любовницы предпочитали обмениваться биологическими жидкостями и информацией, а не юридическими документами. Теперь, спасибо хозяйке и ее увлечению нейроанатомией кошачьих, Айнеко стала в большей степени кошкой, нежели роботом. Она знает о неврастенических конвульсиях, одолевающих Манфреда, но пока электропитание непрерывно, и пока никто не нарушает их покой, ей, в общем-то, по барабану.

Айнеко сворачивается на подушке и тоже засыпает, и видит она во сне мышей с лазерным наведением.

* * *

Манфред вскакивает, поднятый с постели требовательным воплем гостиничного телефона. —Алло? — спрашивает он рассеянно.

—Манфред Макс? — голос со скрипучим акцентом восточного побережья принадлежит человеку.

—Да? Манфред через силу садится на кровати. Во рту как в склепе, а глаза никак не хотят открываться.

—Мое имя Алан Глашвитц, из Смута, коллегия Седвик. Верно ли я полагаю, что Вы, Манфред Макс, являетесь директором компании, называющейся, эм, Холдинг-точка-изобилия-точка-корневой-точка-сто-восемьдесят-четыре-точка-девяносто-семь-точка-А-как-Арнольд-Б-как-Бетти-точка-пять, инкорпорейтед?

—Гм-м. Манфред моргает и трет веки. —Подождите минутку. Наконец пятна перед глазами исчезают, он надевает очки и включает их. —Еще чуть-чуть… Пляшущие окна программ просмотра и меню отражаются в его сонных глазах. —Вы можете повторить название компании?

—Конечно. Глашвитц терпеливо повторяет. Судя по его усталому голосу, ему сейчас ничуть не легче, чем Манфреду.

—М-м-м… Манфред находит ее — в трех уровнях вниз по замысловатой иерархической структуре объектов. Там — прерывание очередности: входящий иск, еще пока не распространившийся вверх по дереву производных. Он тычет в объект программой просмотра собственности. —Боюсь, я не директор этой компании, мистер Глашвитц. Похоже, я остаюсь в штате как технический контрактник без исполнительных полномочий, с отчетностью президенту, но честно говоря, я первый раз слышу об этой компании. Я могу сказать вам, кто ответственный, если Вы хотите.

—Да? — в голос пристава появляется чуть ли не заинтересованность. Манфред тем временем выясняет — парень звонит из Нью-Джерси; там сейчас три часа утра.

Злость и желание отомстить за побудку придают голосу Манфреда твердости. —Президент компании „холдинг.изобилия.корневой.184.97.AB5“ — холдинг.изобилия.корневой.184.97.201. Секретарь — холдинг.изобилия.корневой.184.D5, а председатель — холдинг.изобилия.корневой.184.E8.FF. Все активы распределены между этими компаниями поровну, и могу также сообщить, что их устав написан на Питоне[68]. Хорошего Вам дня! —Дотянувшись до пульта управления телефоном сбоку кровати, он жмет кнопку сброса, садится, зевает, и нажимает —не беспокоить, пока пристав не перезвонил снова. Посидев чуть-чуть, он встает, потягивается и идет в ванную, почистить зубы и причесаться, а заодно узнать, где зародился иск, и как так получилось, что человек сумел пробраться сквозь сеть его робокомпаний достаточно далеко для того, чтобы потревожить его самого.

* * *

За завтраком в ресторане отеля Манфред решает, что пришла пора сделать кое-что необычное. Он на некоторое время сделает себя богатым. Это перемена — поскольку обычно его профессия состоит в том, чтобы делать богатыми других. Манфред не верит ни в дефицитность, ни в игры с нулевой суммой, в которых если кто-то выигрывает, то кто-то другой обязательно проигрывает, ни в конкуренцию. Его мир движется слишком быстро и слишком насыщен информацией, чтобы там находилось место играм за установление иерархии, в которые так любят играть приматы. Однако сейчас он в таком положении, когда хочется сделать что-то радикальное, например — стать временным миллиардером и прикончить бракоразводный процесс одним махом, как коварный осьминог-бухгалтер избегает хищника, исчезнув в облаке собственных чернил.