Читаем Аккорды сердца полностью

─ Я думаю, моя подруга Полина… Девчонка из группы, которая погибла в начале года, могла быть жертвой этого дерьма, а наш новый продюсер толкнул её на это.

Я, конечно, знал, что в индустрии многое происходит, но не подозревал, что когда-нибудь лично окунусь в эту выгребную яму.

─ Почему ты так думаешь? ─ не сразу замечаю, как садится голос. ─ Я имею в виду, почему решила, что она в этом участвовала?

─ Тебе это не понравится, ─ терзает взглядом, вспарывая меня.

─ Что бы это ни было, выкладывай. Снова в запой не уйду, обещаю.

Смотрит на меня с болью, а потом кивает и уходит. Мы молча пережидаем её возвращение, думая о своём, но длится это недолго.

─ Когда случилась та авария, Поля набрала меня. Я всегда стояла у неё на быстром наборе, потому что больше у неё никого не было, а с другими девчонками она так и не сблизилась, ─ пытается рассказывать обо всём без лишних эмоций, только всё равно пальцы дрожат, когда выкладывает перед нами телефон и нажимает на «play».

Я не жду чего-то фееричного, однако предчувствие подгрызает нутро со всех сторон.

То, что мы слышим, ломает какие-то внутренние стены, казавшиеся всё это время надёжными. Слишком страшно осознавать, что молодой девчонкой, у которой вся жизнь была впереди, воспользовались, забрали у неё то, что принадлежало только ей, но окончательно меня убивает знакомый голос, обрывающий запись.

Какое-то время после прослушивания никто из нас не осмеливается хоть что-то сказать, а у меня вообще перед глазами темнеет, пока перед глазами всё пульсирует кровавыми цветами и неновыми буквами, складывающимися в одно единственное слово.

«Убить».

─ Это... был мой брат?

Мой собственный голос никогда ещё не звучал настолько чужеродно, только мне срать — я подошёл к той грани, откуда меня с трудом вернули пару лет назад, а теперь уже вряд ли удержат.

─ Я услышала его голос в ресторане. У меня хорошая память на такие вещи, ─ почти не слышу Нику из-за мерзкого гула в ушах.

Кровь вскипает в венах, молотя болью прямо в голову.

Даже не замечаю звонка в дверь, едва ли видя, как птичка идёт открывать, но когда она слишком долго не возвращается, меня слегка отпускает.

Как сломанный робот двигаюсь в прихожую, находя там и Костика, незаметно ускользнувшего от моего внимания, а сейчас застывшего рядом с Никой и крошащего собственные зубы.

Какое-то напряжение повисло в воздухе, и именно оно выводит меня из транса, хоть мозги неохотно встают на место, но я хочу понять, какого вообще хрена.

Замечаю на полу рассыпавшийся букет белых роз с подозрительными красными пятнами на лепестках, а потом вижу и записку, которую птичка до боли сжимает в кулаке.

Подхожу, аккуратно разжимая побелевшие пальцы, и стоит лишь мельком взглянуть на послание, жажда убивать просыпается с новой силой.

«Ты принадлежишь мне».

***

Цветы давно на полу, а меня всё ещё потряхивает.

Не понимаю, как вообще до сих пор стою на ногах, потому что я, кажется, достигла своего предела.

Я раньше не думала, что жизнь может вот так преподносить сюрприз за сюрпризом в самом дерьмовом понимании этого слова, но сегодня окончательно убеждаюсь, что Ника Самойлова достойна всего самого лучшего.

─ Птичка, а скажи-ка мне, ты ведь не в первый раз получаешь такие подарки? ─ мягко, как с ребёнком пытается говорить со мной Эль, пока Константин Евгеньевич расспрашивает курьера, прислушиваясь к нашему разговору.

Леонид вернул бедного парня в ту же секунду, как сталкер вылетел из моего дома, и работник доставки даже не успел сесть в свою маленькую машинку, когда его настиг бешеный зверь.

─ Однажды кто-то прислал мне такой вот красивый букет после концерта, ─ с содроганием вспоминаю тот вечер в гримёрке, ─ Сначала обрадовалась, пока не нашла внутри лезвия.

Тишина после моего признания такая, что и правда самой себе начинаешь сочувствовать, но тот случай я пережила, почти о нём забыв.

─ Да что у тебя за жизнь такая? ─ мои плечи сжимают, но мне вообще не легче.

Я не любитель показывать свои эмоции, и сейчас, от того, что оба мужчины видят мою уязвимость, хочется спрятаться в самый тёмный угол.

─ Девчонки тогда пошутили, что у меня появился первый сталкер, но смешного было мало. Я, кстати, думаю, что это один и тот же человек, потому что записка в тот раз была точно такой же.

─ А ты не помнишь, что могло спровоцировать этого психа? ─ интересуется учитель, и я благодарна хотя бы за то, что не смотрит на меня с жалостью.

А вообще странно находиться в объятиях одного, отвечая другому.

─ Кажется, мы выступали с Джокером вдвоём, и играли на сцене влюблённую пару — по сценарию надо было держаться за руки и всё время быть рядом.

Эль напрягается за спиной, пока Константин Евгеньевич прячет странную ухмылку в уголке губ, будто знает, что у нас ничего и никогда не было.

─ Это видео есть в сети? ─ угрожающе интересуется сталкер.

─ А что? Боишься конкуренции? ─ поддевают его.

─ Я-то? Ну точно не с твоей стороны.