Читаем Ах ты... дракон! полностью

Много ли он выиграл, не знаю — мне ведь тоже было порядком не по себе. И раньше случалось ощущать себя сволочью, но на этот раз… Архат не виноват, что нам надо к Яне и Ирине Архиповне. Не виноват, что хотел позаботиться о своих. А мы с ним поступили по-скотски. Маг обещал, что ловушка не калечит — просто замыкает энергетические контуры, и это ощущается как боль, иногда довольно сильная, но безвредная — потом, когда ловушку снимут. Но все равно — боль. А за что? За то, что он нас накормил и полечить пробовал.

Как ни крути, а подлость. И не первая… и придумал ее ты.

Если переживем визит в город и отыщем своих… если устроим их как надо, если… прежде чем попробовать вернуться домой, надо будет слетать в те горы, о которых рассказывала Ритха. Извиниться.

Кстати, я обогатился еще одним крайне интересным опытом. Вчера мы с Максом занялись грабежом.

Когда мы улетали от Архата с Ритхой, ни мне, ни Максу не пришло в голову вдобавок к драконоловле еще и обворовать брата с сестрой, я имею в виду, взять немного концентратов на дорогу. Не то чтобы я об этом жалел… ну, по крайней мере, в тот момент. А вот вчера, когда уже крылом было не шевельнуть… У драконов большая масса и энергии такому телу, естественно, требуется много. Меньше, чем если бы на нашем месте был динозавр наших размеров, но все-таки нужно.

Макс снова наладился в ближайшую деревню, но одного я его не пустил, а на двоих одежды не было, да и брать с собой мага… я вообще-то не разделяю паранойю, но после Эркки с доверием есть определенные сложности.

Так что мы с Максом просто сидели и обменивались любезностями, когда…

— Один не пойдешь!

— Правильно, пойдем оба, полуголые! Совсем рехнулся?

— Вообще-то трое… голых… почти… — уточнил маг. Видимо, уже представлял, как мы будем делить его одежду на троих.

— Заткнись! — рявкнули мы на два голоса.

— Сам не пойдешь! Если на то пошло, то сейчас моя очередь рисковать!

— Ты — в деревню? Врать сначала научись!

— И научусь!

Макс прищурился:

— А ходить в человечьем облике — тоже научишься? Ты уверен, что в человечьем сможешь?

Я скрипнул зубами. Да что ж у него за манера такая вечно по больному бить? Пока самого не стукнули…

— Я попробую.

— Ну зачем?!

— Не хочу быть захребетником!

— Тьфу ты. Придурок…

— Да хоть…

— Телега! — снова влез маг.

— Зат… — начали мы… и замолчали. Два хищных взгляда сошлись на вырулившей из-за поворота телеге, на которой с обалдевшим видом сидели двое закутанных в шубы мужчин лет сорока. Позади первой тихо катила еще одна телега. На ней возницы не было, и лошадь то и дело непонимающе оглядывалась назад — а потом снова плелась вслед за первой…

Телеги приблизились на расстояние крыла… И тут же нас буквально окатило волной замечательного, сумасшедше-прекрасного, самого прекрасного на свете запаха, от которого закружилась голова, а пасть щедро выделила слюну — авансом.

В телеге везли еду. Судя по запаху — копченую рыбу.

Рыбу! Живот примерился, буркнул на пробу короткой трелью и после короткой паузы перешел на массированное урчание — по-видимому, у него на эту копченость планы уже созрели. На всю. Сразу.

Хозяева рыбы нас заметили не сразу. Причина такого пренебрежения к перегородившим дорогу двум драконам и одному магу была понятна с первого взгляда — один возчик протягивал другому бледно-коричневую тыкву. В таких, специально выращенных с узкими верхушками-горлышками тут держат алкоголь.

Рты мужиков стали приоткрываться для вопля, краем глаза я заметил, что Макс тоже шевельнул челюстью, собираясь что-то сказать, но маг нас опередил.

— Отдайте груз и останетесь живы! — скомандовал он. — А иначе мои драконы пообедают вами!

Я ошалел. Макс, судя по отвалившейся таки челюсти и вставшему гребню — тоже.

— Во дает… — пробормотал он.

До возниц сообщение дошло не сразу.

— Чего? — после паузы спросил один.

Второй сказал: «Ик» и полез в бутылку — то есть посмотрел внутрь тыквы, как бы спрашивая, не оттуда ли взялось неожиданное препятствие. Видимо, в говорящих драконов оказалось поверить труднее, чем в грабеж. Но тут Макс закашлялся (тоже слюной захлебнулся, что ли?) и этот кашель, который, кажется, показался им рыком, дивно прояснил способность соображать и скорость реакции. С телеги мужики скатились горохом.

— Забирай!

— Все бери! И рыбу, и остальное!

— А… а… а мы пойдем, ага?

— Нет! — вельхо, уже вцепившийся в борт телеги, рывком поднял голову, — А ну раздевайтесь!

— Э-э… в каком смысле? — на редкость дружно поинтересовались жертвы ограбления.

— Во всех!

Макс поперхнулся. Я непонимающе уставился на спятившего вельхо.

— Зачем?

— А чтобы меня больше не грабили! — выдал тот. — Город скоро, помните?

— Мысль… — фыркнул Макс. — А ты ничего… подаешь надежды.

Мужики это мыслью явно не считали. Они шумно сглотнули.

— Да нешно вам рыбы мало? — довольно хрипло выдавил один. — Вона гляньте какая… крупная, солененькая… а духовитая какая!