Читаем Академия теней полностью

Ты не думай! Меня здесь не обижают, заботятся, холят, лелеют. Необычное ощущение. Но все равно, у меня очень тяжело на сердце. Плохие мысли терзают мой разум.

Я пытаюсь понять себя и тебя. Понять смысл наших поступков. Но раз за разом я терплю поражение. Я пытаюсь понять главное – смогу ли я сделать тебя счастливым? Нет ответа. Я не могу его найти! И это терзает меня. Заставляет страдать. Возможно, я не права, и мне не о чем волноваться. А может, ты просто решил угодить родителям. Тем более, что нашлась та, кто согласна ради тебя на все, и даже чуть больше!

Я знаю, что ты не сможешь сейчас придти. Еще знаю, что в ответе ты черкнешь пару небрежных строчек. Но я буду тебя ждать. Только позови – и я приду туда, куда ты скажешь.

С надеждой на встречу, Элия".

Вир задумался. Письмо оставило в его душе странный осадок, неприятный и тревожащий, словно он что-то пропустил. Безусловно, очень важное.

Для начала эльф набросал короткий ответ, не две небрежных строчки, а больше. Но все же это была скорее записка, чем письмо.

А потом Вир вернулся в Академию. Следовало обратиться к своим осведомителям, и задать один вопрос, который следовало прояснить уже давно. А именно – как погибли родители Элии. Как и когда?

Лея сидела на стуле перед одним из кабинетов лекарей и тряслась. Пару минут назад оттуда словно ошпаренная вылетела Карен. Перед демонессой сидела еще одна человеческая девушка, кажется, это была Илона.

Она вышла из кабинета посеревшей. Уже перепуганная демонесса вошла в комнату. Та была пуста. Ни людей, ни мебели.

Сухой голос равнодушно сказал.

– Разденьтесь. Одежду оставьте на стуле, рядом с которым вы стоите, и пройдите в центр комнаты.

Стул к удивлению Леи был повален. Демонесса не стала его поднимать, а осторожно сверху пристроила одежду. Как только Лея сделала шаг, то в воздухе повисла пыль, сквозь которую просвечивали алые нити, до которых демонессе абсолютно не хотелось касаться.

Из воздуха пропал порошок, а вместе с ним исчезли из видимости нити. Но Лея была уверена, что они есть. Запомнившая их расположение, демонесса с легкостью прошла в центр зала.

– Хорошо, – констатировал голос. – Природные физические данные отличные, но их надо развивать. Встаньте на красную плитку. Закройте глаза. Постарайтесь их не открывать до команды "Стоп. Можете открывать глаза". Запомнили?

– Да.

– Отлично. Начинаем.

Лея зажмурилась. Вначале сверху обрушился поток яркого света. А следом в комнату опустилась тьма. Такая, что захотелось открыть глаза, чтобы просто убедиться, что зрение не отказало… что просто темно в комнате.

Потом начали вокруг мерещиться голоса, убеждающие открыть глаза. Вначале они были незнакомыми, но потом с каждым разом голоса становились все роднее и роднее. Когда голос погибшего брата воскликнул:

– Лея, сестренка, прошу тебя!

Демонесса не выдержала и открыла глаза.

– Психические реакции в норме, – констатировал голос. – Но вам придется принимать пару недель лекарства. Успокоительные. Вы не спите по ночам. А это нехорошо. Ваш личный анти-лист на стуле. Одевайтесь не торопясь, и позовите следующего.

Быстро одевшись и выйдя в коридор, Лея знаком показала следующей за ней демонессе, что можно заходить.

Мелинда встала со стула и поддержала шатающуюся Лею под руку.

– Дуэли сегодня не будет. После этого осмотра все слишком вымотанные, – черноволосая демонесса откинула с лица пряди волос. – Сама дойдешь?

– Вполне. Спасибо.

– Не за что.

– Почему ты так спокойна? – поинтересовалась Лея, уже собираясь уходить.

– Мне нравится ваш дракон. Я хочу его. А раз так, то надо не испортить отношение с членами его пятерки.

– Цинично. Как всегда.

Мелинда кивнула.

– Мы давно знакомы, Лея. Так смысл притворяться нам друг перед другом?

– Нет. Ты права.

– Жаль, – внезапно тихо добавила черноволосая, – что мы не стали подругами.

Лея задумчиво кивнула.

– Мне тоже жаль. Но теперь мы сможем стать только знакомыми, но не друзьями.

На этом разговор был закончен, и Лея вернулась в комнату, где ее ждали остальные.

Карен сидела вся в слезах. В анти-лист были внесены ее любимые цветы и некоторые сладости, без которых она просто не представляла свою жизнь. Виру было запрещено курить.

Лея с интересом уставилась в свой лист. Прыгающие по нему буквы неохотно сложились в слова.

"Желчь черной ехидны".