— Как же здорово, что я вас всех нашел! — восклицает американец, пока Прежние Герои флегматично возвращаются к еде. — Пусть вы не такие, как я, но все-таки… С нашими знаниями, с нашим опытом мы изменим этот мир! Превратим его в нечто совершенно…

Прежние Герои не произносят ни слова.

Приступы энтузиазма в отношении «этого мира» случались в свое время с каждым из нас: я рассказал китайским военным о порохе, Кларк под видом джинна пытался остановить армии Магомета, Цви поднял восстание сипаев, чтобы расколоть Британскую империю.

Рано или поздно все мы умнели.

— Сколько вам лет? — интересуется Алиса.

— Неловко об этом говорить, но… скоро будет восемьсот.

— Ничего страшного, — говорю я, налегая на «самбал-уданг». — Возьмите меня: мне около пяти тысяч лет.

Американец лишается дара речи, потом очухивается и произносит:

— Вы не выглядите на пять тысяч. Вам дашь хорошо если пятьдесят с гаком.

Все смеются остроумной шутке.

— Мы делаем вид, что исправно стареем, и меняем одну жизнь за другой. Вы тоже к этому придете, если еще не пришли. Выжить на Земле возможно, лишь прибегая к мимикрии во всем, от внешности до манеры думать. Только такая мимикрия позволит вам остаться самим собой.

— Как это?

— Очень просто. Делайте вид, что вы — один из них, подражайте им во всем. Никто не станет к вам цепляться, и вы сможете дожить до момента, когда появится возможность отправиться на родину. Нельзя терять надежду вернуться домой. Вдруг ваши ученые пробьют туннель в эту реальность?

— Может статься, мои сторонники свергнут узурпаторов, — говорит Алиса.

— Однажды друзья вытащат меня из хроноловушки, — говорит Анна.

— После гибели Атлантиды наверняка выжили не мы одни, — говорит Хайнрих.

— Остается вероятность, что Криптон переместился перед взрывом в другое место или время, — говорит Кларк.

— Хуже всего мистеру Цви Бендеру, — говорит Марлен, — всех его родичей-мутантов люди истребили. Но вдруг природа еще произведет на свет ему подобных?

— Что до меня, надеюсь, настанет час, когда великая империя, которую мы по глупости потеряли, возродится, и мой народ снова будет летать от Ядра до самых до Окраин Галактики, — говорю я. — В общем, ждите и следуйте первому правилу любого emigr: смейтесь там, где все смеются, и плачьте там, где все плачут.

— Вы привыкнете, — обещает Марлен. — Счастливый день настанет.

— Но я могу до него не дожить, — говорит новый Прежний Герой.

— О, если вы родились смертным, это несложно исправить, — говорю я. — У мистера Кента, кажется, остались еще те пилюли…

— Сколько угодно, — трясет головой Кларк. — На случай восстания пеонов я зарыл их под песьей будкой на заднем дворе.

— А теперь, — предлагаю я, — давайте знакомиться. Джон Карпентер. Владею страховой компанией в штате Канзас.

Он пожимает плечами:

— О’Донневан. Финн О’Донневан. Пытаюсь стать писателем.

Мистер Кент вздрагивает и страдальчески вздыхает.

— Отличное имя, — кивает Анна.

— И замечательная профессия, — добавляю я. — В аккурат для Прежнего Героя!

Мы говорим еще немного об индонезийской кухне, прогнозе погоды на ближайшую неделю и особенностях климата Балеарских островов. Я рекомендую Финну неплохой китайский ресторанчик в Ибица-тауне. Думаю, мне удалось произвести на новичка хорошее впечатление.

В пять вечера мы по традиции поднимаем последний бокал шампанского — «За вечную дружбу!» — и встаем из-за стола. Шеф-повар выходит, чтобы проводить нас до дверей. Мы дружно хвалим его за отменный рийстафель, покидаем «Зеленый фонарик» и прощаемся.

— Удачи, — говорю я мистеру О’Донневану. — Не забывайте о первом июня. Через год на Ибице!

Леонид Кудрявцев

Футуромозаика

1. Суд

Понд взглянул на судью, окинул взглядом бесстрастные лица присяжных и сообщил:

— Я порождение всемирной паутины. Я намерен доказать, что являюсь личностью, человеком, и, значит, должен обладать всеми правами, гарантированными полноценному члену общества.

— Пусть ваш адвокат это докажет, — напомнил судья. — И тогда мы вынесем решение в вашу пользу. Но предупреждаю, что вы далеко не первый, явившийся к нам с подобным требованием. Всем предыдущим мы вынуждены были отказать.

Адвокат Понда выступил вперед.

— Доказать? — переспросил он. — Хорошо, мой клиент готов, если вы пожелаете, прямо здесь написать эссе или небольшое стихотворение. Профессиональный уровень гарантирован.

— Что это докажет? — спросил судья.

— Умение творить. Как известно, способность к творчеству, к синтезу является одним из признаков личности, одним из признаков человека.

Судья покачал головой.

— Довод не принимается, — заявил он. — Для достижения профессионального уровня достаточно в совершенстве изучить приемы других творцов. И если произведение вашего подзащитного является лишь суммой приемов, если в нем нет необычной, гениальной идеи, то оно не может быть допущено к рассмотрению. Я прав?

И двенадцать присяжных, как один, заявили о своем согласии с таким решением.