Читаем Академия 2 полностью

- Вы правы, господин Шао, это странно. — Байсо состроил печальное выражение лица. — Но посмотрите на мою жизнь в Киньяне! Я — сын наследника клана, и потому должен всегда выглядеть идеально, вести себя идеально, разговаривать идеально, чтобы не позорить имя отца. При этом я неудачный бесталанный сын служанки, и потому не мог общаться на равных с остальными членами семьи. Как понимаете, дружить с детьми слуг мне тоже запрещали. Я всегда был никем! Меня замечали только тогда, когда я вытворял какую-нибудь глупость.

- Но ведь твой дядя согласился взять тебя в обучение!

- Да, и он сделал это лишь после того, как я нечаянно обменял любимый гребень супруги отца на взрослого лупоглаза в полной сбруе. К тому же, как вы знаете, окончательное решение он еще не принял, и я надеюсь на вашу помощь.

- Так про шахтерских детей…

- Ах да! Так вот, когда я приехал в Ваньшань, меня поселили у той женщины, и я впервые почувствовал, что значит мама. Мою родную мать супруга отца быстро выжила из дома, а сама предпочитала меня не видеть. А тут незнакомая женщина заботилась обо мне, как о родном сыне, недоедала, чтобы накормить, обнимала, натягивала шапку мне на уши, чтобы я не замерз. Шахтерские детишки, да, они не умеют читать, не разбираются в политике, зато с ними весело. Они научили меня играть в снежки и строить замки в сугробах. И им плевать, кто там мой отец. — Байсо говорил так горячо и искренно, как только мог. — В вашем доме тепло, вкусно кормят и хорошо одевают, но ведь вам я тоже мешаю. Вы бы хотели, чтобы я никогда не появлялся в вашем городе. И я вас понимаю.

Мальчик всхлипнул и добавил:

- Мне нравится Ваньшань. Я не хотел бы жить тут все время или родиться одним из этих детей. Но когда я там, на улицах, то я даже благодарен отцу за такое наказание.

- Понимаю, — кивнул господин Шао и посмотрел на своих притихших детей. — А ты знаешь девочку по имени Горлянка?

Байсо напрягся. Отрицать было бы глупо, если за ним следили, а за ним точно следили, то видели, как он общался с ней.

- Да, она одна из лучших учениц моей ваньшаньской мамы. А что?

- Помнишь, ты как-то говорил, что хотел поймать Зимнюю Цаплю?

- Да, — протянул мальчик.

- Так вот, я точно знаю, что она работает на него. Поэтому у меня к тебе личная просьба: постарайся узнать, кто он такой, где прячется или как она с ним связывается.

- О, Горлянка такая суровая, — от неожиданности мальчик начал запинаться, — она меня может и побить за такие вопросы. Она же выше меня!

Один из сыновей господина Шао хихикнул, но тут же осекся под строгим взглядом отца.

- Если справишься, я разрешу тебе выходить в город почаще. Ты же умный мальчик и сумеешь разговорить глупую девчонку. Впрочем, если ты сомневаешься, может, тебе не стоит браться за торговлю вовсе?

- Да справлюсь я! — буркнул Байсо, спешно доел и отправился переодеваться.

Выйдя за пределы хорошо охраняемых улиц с домами местной элиты, Байсо воочию столкнулся с последствиями своих действий. Вместо утоптанных тропинок и сугробов он увидел разодранные комья снега, усеянные красными каплями крови, ржавыми потеками чужой блевотины и черными хлопьями пепла. Мальчик вспомнил, что за всю неделю не выпало ни одной снежинки, и следы небольшого бунта сохранялись до сих пор.

Чем дальше он шел, тем чернее становился снег. Здание тюрьмы было сплошь покрыто копотью и сажей, обугленные обломки балок торчали из-за каменных стен, а вокруг вместо бесконечного снега была лишь обнаженная земля. Байсо не понимал, откуда люди взяли огонь, ведь в домах за тепло и приготовление пищи отвечали огненные камни, а за свет — камнесветы, но потом вспомнил про тех бедняков, что не могли позволить себя потратить ни капли Ки и грели дома, сжигая черные камни — угли.

Люди старались быстрее миновать это место и отворачивали лица, словно боясь вспоминать о том, что здесь произошло.

- Все это сделал я? — думал Байсо. — Все это моя вина? И бунт, и смерти, и пытка Горлянки… Все это лишь потому, что я хочу выиграть дурацкое испытание сумасшедшего старика?

Внезапно мальчика кто-то сильно толкнул. На него смотрел шахтер, сурово сдвинув брови:

- Ты против Зимней Цапли? Чей это ты такой? С какой улицы?

Байсо недоуменно отошел в сторону, потирая ушибленное плечо:

- Дяденька, да вы чего?

И тут он заметил на плече мужчины небольшое белое перышко, накрепко пришитое к рукаву. Более того, такие перья были почти у всех на улице.

- Да мое перо испачкалось, — сразу же заныл Байсо, — я не хотел, честное слово. Я не специально. Как раз пошел искать новое.

Шахтер подобрел, вытащил из-за пояса еще одно и отдал его мальчику:

- Держи. И старайся больше не пачкать. Сейчас их не так-то легко найти.

- Большое спасибо, дядечка! Вот уж удружили!