Читаем Академия полностью

Девять на девять, мы ринулись в атаку. Даже я и Светлана участвовали в бое, который быстро перешел в борьбу. В конце концов, с небольшим перевесом мои бойцы выиграли и заломали своих противников. Я также прижал к полу Светлану, хотя она и была невообразимо сильна. Мне помогло, что за взятие баронских титулов МЗ накидывал мне дополнительные очки характеристик, а также невидимое влияние на мою силу оказывал нефритовый клинок вечной смерти. Сила эта никак не отражалась в характеристиках, и без клинка в руках она сильно уменьшалась, переставая действовать на моих подданных. Однако же, с клинком в руке увеличение характеристик уже было порядка десяти процентов и действовало на всех людей под моим командованием. А личная сила увеличивалась вообще раза в полтора. В определенное время каждый день я прибывал в личные покои в Олимпе, садился на золотой трон и брал в руки клинок. В это же время мои генералы активизировали атаки. Впрочем, иногда были внезапные атаки, когда я садился на трон в заранее запланированное время. С общим тридцатипроцентным приростом к характеристикам мои бойцы и солдаты были, как на стероидах. Особенно низкого уровня, чья боевая сила проявлялась в большей степени за счет моих характеристик.

Некоторое время Светлана подо мной трепыхалась, но я, удерживая женщину за руки, с силой вогнал ей между ног одно свое колено, затем другое, раздвинув ей ноги. После чего взял ее прямо там, у бассейна. После некоторого сопротивления, она успокоилась и стала двигаться в такт со мной. Затем я впал в алкогольное беспамятство, из которого периодически выныривал, чтобы обнаружить, что мы со Светланой сменили позу или переместились на другую локацию. Особо больше мне нечего сказать, кроме того, что мне было очень хорошо. Как и Светлане, как я понял. Вот только утром я понял, что провел ночь совсем не со своей знакомой, и даже не с землянкой…

* * *

Чем больше укреплялись рубежи Федерации Земли в римском и парфянском секторах, тем лучше велась зачистка внутренних областей. Кроме того, единая власть способствовала уменьшению внутренних конфликтов, бандитизма и разбоя, особенно в городах. Благодаря этому стало возможным высвобождение многих местных призывателей для службы в армии. Часть из них, те кто был постарше и семейный, остались служить в греко-персидском секторе, проходя ежедневные тренировки недалеко от своей родной деревни. В каждом регионе организовывались такие отряды, которые двигались по мощенным дорогам от одних руин к другим по заранее спланированному маршруту. Служили они вахтовым методом — неделю через неделю. Все равно, повозок на всех не хватало, большинство отрядов были пешими, что снижало эффективность прокачки. Им платилась только небольшая зарплата и давалась провизия, отдельные средства на прокачку бойцов не выделялись. Более же молодые люди с духом авантюризма двигались с караванами по специальному маршруту. С греко-персидского региона до самого побережья был организован коридор. И построены дороги. Новые отряды двигались по нему на телегах, посещая по пути руины, особенно городские. Где качали уровень. В конце пути они садились на плавучие крепости и двигались на чужой берег. Каждый день отбывали тысячи молодых призывателей, смешиваясь с десятками или сотнями закаленных в боях ветеранов из дальних секторов.

С ежедневными подкреплениями, в конце концов, защитная линия аддис-абебского баронства не выдержала и рухнула, армии генералов Александра Македонского гнали вражеские войска вглубь регионов. Если назревало крупное сражение, подключался сам Александр, который, несмотря на рабский ошейник, сохранял живость ума и от сражения к сражению становился все более компетентным военачальником в новых реалиях. К тому же, к нему на помощь прибыл Перикл, к которому у Ареса и, соответственно, у Мурки было больше доверия, чем к Леониду или Филиппу. Вместе два опытных полководца стали еще более властными, как волки в стаде овец. Прибывающие в качестве подкреплений молодые призыватели, хоть и не были опытны в военном деле, имели относительно высокий уровень после посещения множества руин и могли считаться почти элитой в обычном баронстве. Конечно, до личной гвардии баронов им было еще далеко, однако, процесс был организован так, что помимо боестолкновений, воины не забывали и о посещении руин.