Читаем Агнец полностью

Зазвенел дверной звонок. Я выглянула из комнаты. В ванне шумела вода. В дверь вновь позвонили. К нам редко кто приходит. Микеле обычно предупреждает о своем визите. Я тихо подошла к двери и заглянула в дверной глазок. За дверью стояла молодая женщина с темно-зеленными волосами. Дверь ванны открылась.

– Кто там? – настороженно спросил Джек с остатками пены на лице.

Я открыла дверь. На пороге стояла Лиза. Увидев меня, её глаза радостно блеснули. Она прошла в прихожую.

– Я так давно тебя не видела! – воскликнула она. – Джек всё никак не хотел тебя показывать!

Она крепко обняла меня. Я взглянула через её плечо на дядю. Он вытирал остатки пены полотенцем. Теперь я поняла, почему он начал следить за собой и догадалась, откуда у него новая пена и одеколон. Дядя заметил мой взгляд и отвернулся, кашлянув в руку. Я лукаво прищурила глаза. Лиза принялась оглядывать квартиру. Она о чем-то весело болтала. Я пронзительно смотрела на Джека. Он кивнул мне в сторону кухни. Я состроила хмурую гримасу, но всё же поплелась на кухню. Я медленно пережевывала пищу, глазея на эту парочку. Дяде было неудобно, поэтому он быстро увел Лизу из квартиры. На прощанье он кинул мне озорной взгляд. Я посмотрела в окно. Уже вечерело. На деревьях распускались листья, и пробивалась молодая трава. Я видела, как эта парочка вышла из подъезда. Джек обнимал Лизу за талию. Я улыбнулась.

– А говорил, что ему женщины не нужны. Тоже мне! – воскликнула я. – Хитрец!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза