Читаем Агенты России полностью

Революционные вихри 1917 и 1991 годов не ликвидировали сыск, а лишь придавали ему вектор, отвечавший интересам новых властей.

Временное правительство 4 марта 1917 года упразднило отдельный корпус жандармов и охранку, 10 марта ликвидировало департамент полиции, а 17 апреля издало Постановление «Об учреждении милиции». 25 октября /7 ноября/ II Съезд Советов рабочих и солдатских депутатов учредил первое советское правительство — Совет Народных Комиссаров /СНК/, в составе которого был сформирован народный комиссариат внутренних дел /НКВД/. 28 октября /10 ноября/ 1917 года Декретом НКВД «О рабочей милиции» был создан орган общественной безопасности, а декретом от 7(20) декабря Совет народных комиссаров учредил и новую политическую полицию, которую нарекли Всероссийской чрезвычайной комиссией.

От времён Советской власти и до 01 марта 2011 года милиция своего названия не изменяла, а вот органы государственной безопасности, то входившие в состав НКВД, то являясь самостоятельным ведомством, аббревиатуру меняли как перчатки (ВЧК, ГПУ, ОГПУ, НКГБ, МГБ, КГБ СССР; КГБ РСФСР, АФБ, МБ, ФСК, ФСБ РФ).

Первоначально руководившие ВЧК большевики и эсеры были противниками секретной агентурно-оперативной деятельности как позорного и ненавистного им метода царской Охранки и рассчитывали гласными методами решать поставленные перед Комиссией задачи. Ф.Э. Дзержинский публично заявлял, что главное в деятельности ЧК — «осуществление непосредственных репрессий над врагами пролетариата». [53] Однако реалии борьбы со шпионажем, контрреволюцией, саботажем и спекуляцией заставили чекистов прибегнуть к дедовским методам: для начала организовали службу наружного наблюдения, а 17 февраля 1918 года Коллегия ВЧК решила «пользоваться секретными сотрудниками, но вне стен Комиссии».

После недолгих дебатов о революционной целесообразности и морально-нравственной составляющей агентурно-оперативной деятельности Первая Всероссийская конференция чрезвычайных комиссий (11–14 июня 1918 года) приняла «Основные положения по разведке». Всем чрезвычайным комиссиям предписывалось организовать внешнюю и внутреннюю разведки. Последняя должна была осуществляться «путем использования элементов из среды контрреволюционеров». В одобренных конференцией «Кратких сведениях ЧК для ведения разведки» подчеркивалось, что «главным и единственным основанием розыска контрреволюции является внутренняя, совершенно секретная и постоянная разведка; задача ее заключается в обследовании преступных контрреволюционных организаций и уличении участников…» По отношению к агентурной разведке все другие силы и средства ЧК, работающие по розыску (штатные сотрудники ЧК — комиссары и разведчики, а также добровольные заявители, анонимщики, материалы обысков и т. д.), объявлялись вспомогательными. Инструкция подробно излагала методы и основы вербовки секретных сотрудников (принуждение, убеждение, материальная зависимость), закрепления вербовки, руководства агентами, способов связи, вводов и выводов из разработки и т. д. Так быстро составить и утвердить столь серьезные и принципиально новые для чекистов документы позволило то, что член коллегии ВЧК Д.Г. Евсеев детально изучил прежние полицейские инструкции и переработал их (порой заменив лишь отдельные фразы), а также сумел убедить чекистов принять их.[54]

Все последующие нормативно-правовые акты советских спецслужб только совершенствовали и меняли названия однажды придуманной Столыпиным Инструкции по организации и ведению внутреннего (агентурного) наблюдения. Оно и понятно, ведь с ноября 1918 года сам экс-командир Отдельного корпуса жандармов и товарищ министра внутренних дел Джунковский В.Ф.[55](!!!) по личной просьбе Дзержинского стал работать в ВЧК. Владимир Фёдорович, основываясь на прежнем сыскном опыте, формировал профессионализм чекистов — создавал инструкции и наставления по оперативно-следственной работе, а также являлся вдохновителем операций «Трест» и «Синдикат», которые стали хрестоматийными. Возможно, в этой связи Политбюро ЦК РКП(б) в 1922 году приняло решение о привлечении к работе в органах ГПУ бывших жандармских офицеров и сотрудников охранных отделений.[56]

У всего есть начало.

Когда-то и ВЧК завербовало своего первого агента, однако имя этого пионера мы вряд ли узнаем. Затем был завербован второй, а к началу 1935 года агентурный аппарат НКВД СССР (в котором агентурно-оперативной деятельностью ведали ГУГБ — Главное управление государственной безопасности, ГУРКМ — Главное управление рабочекрестьянской милиции, печально знаменитое ГУЛАГ — Главное управление лагерей и ГУПВО — Главное управление пограничной и внутренней охраны) состоял примерно из 500 тыс. осведомителей, которыми руководили около 32 тыс. оперативных сотрудников.[57] Численность населения СССР в тот период составляла порядка 160 млн человек. Путём несложного арифметического действия приходим к выводу, что каждый 320-й советский гражданин в 1935 году являлся агентом НКВД.