Читаем Агент Тартара полностью

Ответственный за погрузку мичман Денис Глебов не слишком хорошо знал смысл сего старинного слова, но чисто практическим умом сообразил, что кэпу Хеновесу сейчас — в разгар подготовки к рейсу — только разных фиглей-миглей и не хватает. И переадресовал назойливого пассажира к старпому Звонареву. Тот провел четверть часа в грузовом отсеке, наедине с обоими строго одетыми господами и их полудюжиной здоровенных ящиков, после чего посоветовал господам использовать оставшееся до старта время для того, чтобы получше обустроиться в своих каютах, а сам, с чуть перекошенной физиономией, проследовал прямиком в кабинет к кэпу.

* * *

Разговор у старпома с капитаном был короткий, деловой и касался в основном вопросов чисто хозяйственных. Лишь под конец Звонарев ввернул в излагаемый слегка обалдевшему от изобилия проблем капитану текст нечто неординарное:

— А еще эти чудаки просят нас помалкивать о покойниках.

Кэп в этот момент прикидывал в уме — не будет ли выгоднее оплатить штрафные санкции вместо того, чтобы менять разметку штуцеров внешних коммуникаций корабля на полагающуюся по здешним дурацким правилам, а потому пропустил главное мимо ушей.

— Просили?.. — рассеянно переспросил он, двигаясь размеренными шагами из одного угла каюты в другой. — Они э-э... в самом деле просили?..

— Просто умоляли, кэп, — заверил его Звонарев. — Господин Клини считает, что на него здесь будут косо смотреть, если все на борту будут знать, что по их милости летят в компании жмуриков...

Гарсиа Хеновес словно налетел вдруг с размаху на кирпичную стенку. Он резко остановился и остолбенело уставился на старпома.

— Какие жмурики?! Какие, черт возьми, чудаки?! Вы что, со вчерашнего не отошли, Фил?

Филипп Звонарев, как человек умеющий пить, был глубоко уязвлен таким подозрением:

— Жмурики — самые настоящие. Проверил лично. В спецконтейнерах, при полном наряде. Общим числом шесть штук.

Старпом перечислил по памяти номера грузовых мест.

— Ч-черт!

Капитан стремительно рванул к терминалу и отбил на клавиатуре короткую дробь. Некоторое время озадаченно рассматривал экран, украшенный выданным в ответ сообщением, потом, не меняя выражения лица, перевел взгляд на Фила так, словно это он лично проволок на борт «Саратоги» полдюжины покойников.

— Видите ли, сэр... — счел нужным сообщить свое личное мнение о сложившейся ситуации старпом. — Если хотите знать, то я сам — прежде всего — косо смотрю на всю эту историю. Нет, я в приметы не верю, но как-никак покойник на борту... Нехорошо... Да и нелепо все это. Но что поделаешь — запрета на такие перевозки нет... И пока мы сюда пилили от «Вулкании», никто нас не предупредил о том, что нам тут приготовили такую вот посылочку. На борт сообщили, как обычно, только массу, объем и сумму страховки...

Кэп Хеновес ухватил старпома за язычок замка-молнии, украшавший его служебную куртку.

— А за каким? За каким же чертом этому Клини сдалось возить покойников к черту на кулички — на Чур?

Что и говорить, основания для удивления у кэпа были. И основательные: даже открытие техники подпространственных переходов не сделало межзвездные перевозки дешевым делом. Удостаивались чести быть транспортируемыми на борту космических лайнеров и грузовозов только самые необходимые и незаменимые в местах назначения материалы и изделия. Или уж предметы роскоши, за которые заказчик готов был переплачивать, самое малое, вдесятеро против цены аналогичного товара местного производства.

Так что отдавая богу душу в каком-нибудь из дальних Миров, уроженец Федерации не мог питать никаких иллюзий относительно возможности быть преданным земле в родных краях. Только высокопоставленные политики, иерархи крупных церковных конфессий да уж очень богатые обитатели Метрополии или Миров вроде Океании могли рассчитывать на такую роскошь. Обычно такие перевозки сопровождались многочисленными сообщениями в печати, ритуальными выкрутасами и уж точно никогда не оставались незамеченными. А тут экипажу «Саратоги» был преподнесен самый настоящий сюрприз. И сюрприз не из приятных. Покойник на борту — тут Фил Звонарев был прав — считался одной из самых худших примет для всякого, кто хоть что-то смыслил в космонавигации.

— Понимаете... — попробовал объяснить он. — Этот тип... Похоронный агент Клини утверждает, что... В общем, он и напарник его — тоже люди подневольные... Они исполняют завещание... Те шестеро — это люди из первых миссий на Чур. Они завещали себя похоронить там...

— И что — так разом все и померли? Все — до кучи?

— Нет. У них было что-то вроде братства, все шестеро — весьма состоятельные граждане. И по уставу этого братства, когда последний из них отойдет, как говорится, в лучший мир, то всю компанию должны отправить в столь дорогие им края. Они заранее все организовали. Оплатили бальзамирование и провоз. В общем, если хотите — поговорите с господином Клини сами. Мое дело — поставить вас в известность...

— Считай, что поставил... — махнул рукой кэп Хеновес.

* * *