Читаем Агент на месте полностью

«По словам парня, этим заправляют муж и жена. Они хирурги здесь, в Париже. Тарек и Рима Халаби. Тебе что-нибудь говорит?»

«Никогда о них не слышал. Вы сталкивались с ними там, наверху?»

«Отрицательный результат, но мы извлекли их записи из базы данных ЕС по преступности. У них обоих по одному аресту в Турции за незаконный въезд. Кажется, их поймали при пересечении границы из Сирии около трех лет назад».

Дрекслер подумал об этом. «Итак, они пробрались в Сирию, чтобы помочь повстанцам, и были схвачены, когда возвращались в Турцию».

«Похоже на то. Что ты хочешь, чтобы я сделал?»

«Выясни, где они».

«У нас уже есть адрес. Здесь, в Париже, на Левом берегу.»

«Как вы думаете, Медину могут удерживать в их квартире?»

«Сомневаюсь в этом», — сказал Соваж. «Это милое местечко, прямо в центре города. И это их домашний адрес. Они могут быть вооружены, у них может быть охрана, но это не то место, где можно держать пленника».

Дрекслер сделал паузу. Он собирался повысить ставку в своих отношениях со своими агентами в парижской полиции. «Сделай это».

Теперь со стороны Соважа пауза. Затем: «Что это значит? «Попал в цель»?»

«Совершите налет на место, будьте готовы к насилию».

«Это то, о чем вы нас никогда не просили».

«Ты полицейский. Разве копы не этим занимаются каждый день?»

Соваж не торопился, затем сказал: «Мы можем найти уловку, чтобы проникнуть в какую-нибудь другую квартиру. Пригласите нескольких патрульных, чтобы они стояли снаружи; сделайте так, чтобы это выглядело законно».

«Пришлите двух своих людей. Не ходите сами. И это не может быть обычной полицейской операцией. Нам нужно знать, где находится Медина, и мы не узнаем, находятся ли Галаби под стражей, где мы не можем до них добраться».

«Pas problem, Monsieur.Я пришлю Алларда и Фосса; они допросят Хэлаби на месте. Другие копы не будут знать, что они задумали». После паузы Соваж сказал: «Мы не обсуждали компенсацию».

Дрекслер ответил: «Вам всем четверым будет выплачено вдвое больше оговоренной суммы».

«Tres bien, за налет на Халаби. Но что насчет ребенка в багажнике?»

Дрекслер решил испытать свою удачу, чтобы посмотреть, как далеко эти люди зайдут в этой операции. «Сделай так, чтобы тот, кто его ищет, никогда его не нашел». После паузы он сказал: «Я утрою твою компенсацию».

«Мы не убийцы».

Дрекслер решил, что не будет давить сильнее. Пока нет. Глаза и уши Анри Соважа в Париже были слишком важны для этой операции в свете катастрофы прошлой ночи. Он сказал: «У вас есть место, где вы могли бы спрятать его с глаз долой на пару дней?»

«У меня есть недвижимость за городом. Я могу попросить Клемента отвезти его туда и присмотреть за ним». И затем: «Но я все равно требую тройную плату за операцию. Я не дурак. Я знаю, что вы пошлете кого-нибудь, чтобы устранить его».

«Отлично. Пусть ваши люди позвонят мне, как только получат Халаби. Я могу помочь с допросом их по телефону». Он повесил трубку и забарабанил пальцами по столу. Было тем более важно, чтобы он добрался до Парижа сейчас, учитывая, что было очевидно, что у него там не было людей, на которых он мог бы положиться, чтобы убить от его имени.

ГЛАВА 14

Доктора Тарек и Рима Халаби провели большую часть раннего утра после нападения на улице Тронше с Бьянкой Мединой на конспиративной квартире Союза изгнанников Свободной Сирии в Сент-Уэне, но молодая женщина не дала им больше никакой полезной информации, и интервью не приблизило разочарованного Винсента Воланда к его цели — убедить Бьянку обнародовать подробности поездки Аззама в Тегеран для переговоров с иранцами за спиной русских.

Воланд согласился с оценкой американца о том, что Бьянка Медина должна быть перемещена. В ранние утренние часы на складе была большая активность, и всегда оставался шанс, что местная камера наблюдения или назойливый сосед засекли что-то, что могло привести полицию к месту происшествия. У семьи Халаби не было сомнений в нравственности своих действий, но они оба прекрасно понимали, что нарушают огромное количество французских законов в своем добродетельном стремлении к свержению руководства в Сирии.

Потратив несколько часов на организацию перевода, Воланд и пятеро сотрудников службы безопасности Союза изгнанников Свободной Сирии направились во второе место, в загородное поместье к юго-западу от города, в то время как Тарек и Рима взяли доверенного сорокапятилетнего бывшего сержанта сирийской армии по имени Мустафа в качестве личной охраны и направились домой, на юг через Париж, к своей квартире в 6 округе. Мустафа вел машину и внимательно следил за дорогами, и он настоял на том, чтобы сопроводить их в магазин, когда они заехали за продуктами.

В одиннадцать пятнадцать утра они въехали в свой оживленный район в центре Парижа. Мустафа был бдителен, прекрасно осознавая все опасности, но на протяжении последних нескольких кварталов сами Халаби разглядывали прохожих, смотрели на крыши и даже вздрагивали, когда мотоцикл проносился рядом с их Mercedes. Они были на взводе, но ни один из них не сказал об этом другому.