Читаем Агент на месте полностью

Корт проигнорировал оскорбление, потому что знал, что она была права. Он немного притормозил. «Она сказала мне напомнить тебе о том дне, когда родился Джамал, когда вас было только трое в палате в больнице, и ты пела ему. Бьянка сказала тебе, что у тебя прекрасный голос, и она попросила тебя петь для него каждый день. Ты обещал, что будешь. Она хочет знать, выполнял ли ты свое обещание, пока ее не было.»

Ясмин медленно кивнула.

«Как только мы выйдем отсюда, ты сможешь поговорить с ней; она ждет, когда я позвоню и скажу ей, что ты и мальчик у меня».

Ясмин закрыла глаза и кивнула, все еще лежа в кровати. Корт знал, что она была в ужасе, но к настоящему времени она также должна была знать, что она никак не могла помешать ему забрать ребенка, и также не было никакого способа, которым она собиралась остаться, если он это сделает.

«Тебе нужно одеться. Вы возьмете с собой в поездку только свою одежду и вещи, необходимые для ребенка».

«Как долго длится поездка?»

Хороший вопрос, подумал Корт. Он дал ей оптимальную версию. «Мы отправимся сегодня вечером к иорданской границе и проскользнем до рассвета». А затем он добавил: «Но я не знаю, что происходит немедленно по другую сторону границы, поэтому захватите с собой достаточно еды, подгузников и одежды для него на случай, если мы задержимся».

«Хорошо».

Теперь Корт сказал: «У меня есть машина, но она в нескольких кварталах отсюда. У вас есть транспортное средство?»

Она отрицательно покачала головой. «У Бьянки есть Range Rover. Он у входа. Ключи на кухне.»

Корт кивнул.

«Но», — спросила она с замешательством на лице, «почему другие просто не заберут нас?»

«Какие другие?»

«Другие люди помогают тебе».

О, да. Все эти парни, подумал Корт. «Они где-то там, но мы должны выполнить эту часть в одиночку». Он имел в виду, что они были далеко там, как во Франции, но он не уточнил.

Она снова кивнула. «Так ты действительно можешь убить десять человек?»

Корт склонил голову набок. «Что вы имеете в виду?»

«В доме десять человек».

«Ты имеешь в виду… прямо сейчас?»

«Oui.С тех пор, как Позавчера приехал Ахмед. Он удвоил охрану».

Бьянка сказала ему пять. Он уже убил двоих, третий человек разгуливал по территории, а четвертый сидел на крыше. Он видел пятого в нише возле лестницы и слышал, как двое мужчин разговаривали в гостиной.

Это было семь. Корт поинтересовался, действительно ли в доме могли быть еще трое вооруженных мужчин, о которых он не знал.

«Где собираются охранники в это время ночи?» он спросил девушку.

«Обычно группа из них сидит в гостиной и смотрит телевизор или смотрит в свои телефоны. Мне нужно забрать ключи и формулу Джамала с кухни; это прямо рядом с гостиной».

«Формула?»

Ясмин удивленно моргнула, услышав это. «Еда».

Корт просто уставился на нее.

«Это то, что ест ребенок», — сказала она.

Корт кивнул головой. «Правильно. Здесь нет формулы?»

Она подошла к небольшому холодильнику в комнате и заглянула внутрь. Она вытащила одну бутылку. «Это не так уж много. Максимум два кормления.»

Корт склонил голову набок. «Два кормления… Сколько это, примерно в день?»

Ясмин в замешательстве посмотрела на незнакомца. «День? Нет. Может, часа через три-четыре».

«Черт», — сказал Корт, глядя на крошечного человечка, спящего в кроватке. «Вы можете получить его формулу ночью так, чтобы охранники ничего не заподозрили?»

Она снова бросила на него странный взгляд. «Я занимаюсь этим всю ночь, каждую ночь. Знаете ли вы что-нибудь о младенцах?»

«Послушай… Пока мы не доберемся до Парижа, ребенок — по твоей части. Я позабочусь обо всем остальном».

«Oui.Я думаю, что так было бы лучше для Джамала».

ГЛАВА 46

Винсент Воланд открыл дверь в комнату с очагом и был удивлен тем, что увидел. Себастьян Дрекслер стоял посреди комнаты, разговаривая с Бойером, и бывший легионер носил свой пистолет-пулемет, висевший за спиной, не направленный на заключенного.

Воланд сказал: «Что здесь происходит?»

Бойер сказал: «Послушай, Винсент… Это не наше дело. Когда вы нанимали нас, вы сказали, что агент, не связанный с сирийским посольством, может прийти с какими-нибудь продажными французскими полицейскими, чтобы попытаться вернуть женщину обратно. Вы определенно ничего не говорили о причастности сирийских правительственных военизированных формирований первого уровня. Мы окружены, и удерживать позиции — самоубийство. Я заключил сделку с Дрекслером, и я приказал своим людям опустить оружие».

Воланд торжественно кивнул. «Я понимаю, Пол. Вы можете считать себя и своих людей освобожденными от несения службы».

Тарек Халаби вошел с кухни, и он услышал это. Он посмотрел на Воланда так, словно тот сошел с ума. «Что? О чем ты говоришь? Мы договорились, что не сдадимся!»

Воланд повернулся к сирийскому врачу. «И это было неправильное решение, даже когда на нашей стороне было четверо сотрудников службы безопасности высшего уровня. Теперь… у нас нет абсолютно никаких шансов».

Тарек Халаби снял с пояса рацию, включил микрофон и заговорил в него по-арабски. «Легионеры сдались! Что касается Сирии, мы никогда не уступим».