Погибнут оба – один оттого, что проиграл войну, другой – оттого, что ее выиграл.[2242]

Лучших вела любовь к отечеству, многих подталкивала надежда пограбить, иные рассчитывали поправить расстроенное состояние. И хорошие люди, и дурные – по разным причинам, но с равным пылом – жаждали войны.[2243]

Так уж устроены люди: с неодобрением смотрят они на каждого, кто внезапно возвысился, и больше всего скромности требуют от человека, который недавно был им равен.[2244]

В веселии чернь столь же необузданна, как и в ярости.[2245]

Во время гражданской войны солдатам позволено больше, чем полководцам.[2246]

Много говорит о смерти лишь тот, кто ее боится.[2247]

Легче увлечь за собой целую толпу, чем спастись от коварства одного человека.[2248]

Когда человек задумал какое-то дело, близкие обычно предсказывают ему успех.[2249]

Каждому, кто попадает на вершину могущества, в первую минуту глаза как бы застит туманом.[2250]

Армия, которую еще никто не видел, всегда кажется опаснее.[2251]

Деньги – становая жила войны.[2252]

Неограниченная власть никому не внушает доверия.[2253]

Дело воина – стремиться в бой, дело командира – не торопиться.[2254]

Самое худшее, что можно выбрать в беде, – средняя линия.[2255]

Как часто бывает в минуты смертельной опасности, все командовали, и никто не выполнял команд.[2256]

[Вителлий] думал, что дружбу приобретают не верностью, а богатыми подарками, и поэтому окружали его не друзья, а скорее наемники.[2257]

Во время смут и беспорядков чем хуже человек, тем легче ему взять верх; править же в мирное время способны лишь люди честные и порядочные.[2258]

Единственное благо – честность, единственное зло – подлость; власть же, знатность и все прочее, постороннее душе человеческой, – не благо и не зло.[2259]

Плохим императорам нравится неограниченная власть, хорошим – умеренная свобода.[2260]

У победителей никто объяснений не требует.[2261]

Особенно трусят те, кто кричат больше всех.[2262]

Война привлекала его больше, нежели ее исход. (Об одном из полководцев Вителлин.)[2263]

Люди уходят, примеры остаются.[2264]

Лучший день после смерти дурного государя – первый день.[2265]

Молва всегда раздувает до невиданных размеров и правду и ложь.[2266]

Развязать войну могут и трусы, а бороться с ее опасностями приходится смелым.[2267]

Чем ближе люди по родству, тем более острое чувство вражды питают друг к другу.[2268]

[О гражданской войне:] Война всех со всеми. [2269]

Арабы были особенно опасны для иудеев, ибо эти два народа питали один к другому ненависть, обычную между соседями.[2270]

Все неизвестное представляется величественным.

Отдаленность увеличивает обаяние.

Земля удивительно плодородна.

Каждому свою честь воздает потомство.

Создают пустыню и называют это миром.

На редкость счастливое время, когда можно думать то, что хочешь, и говорить, что думаешь.

Людям свойственно смотреть сердитыми глазами на новых счастливцев и ни от кого не требовать столько умеренности в пользовании фортуной, как от тех, кого они видели равными себе.

Насмешки оставляют в душе смертельные уколы, когда они основаны на правде.

Истина подкрепляется зрением и временем, а ложь поспешностью и неопределенностью.

Упражнения рождают мастерство.

Выставляют свою скорбь напоказ больше всего те, кто меньше скорбит.

Не всегда молва ошибается, иногда и правильно разберется.

Умы, пораженные однажды, склонны к суеверию.

Хорошие законы порождены дурными нравами.

Лишь глупцы называют своеволие свободой.

Чем ближе государство к падению, тем многочисленнее его законы.

Добрые нравы имеют большее значение, чем хорошие законы.

В военных делах наибольшую силу имеет случайность.

Поспешность близка к страху.

Великая общая ненависть создает крепкую дружбу.

Вражда между близкими бывает особенно непримирима.

Обеспечить нормальное течение своих семейных дел часто не легче, чем управлять провинцией.

Воспитывать детей для потомства.

Пренебреги клеветой – и она зачахнет.

Предателей презирают даже те, кому они сослужили службу.

Льстецы – худшие из врагов.

Кто славу презирает, тот легко пренебрегать будет и добродетелью.

Окружить мир ореолом славы.

Даже мудрецов жажда славы покидает в самую последнюю очередь.

Кто же столько самонадеян, чтобы рассчитывать на бессмертную славу?

Лекарства действуют медленнее, чем болезнь.

Теренций Публий

комедиограф

Я человек и считаю, что ничто человеческое мне не чуждо.

Вся моя надежда – на себя самого.

Не покупаю надежду за деньги.

Одна ложь родит другую.

Воздавайте равным за равное.

Сколько людей, столько и мнений.

Лесть порождает друзей, правда – ненавистников.

Так как вы не можете делать все, что хотите, то желайте только того, что можете сделать.

Когда двое делают одно и то же, это уже не одно и то же.

Дурное начало – дурной конец.

С умного хватит и намека.

Быть мудрым – значит видеть не только то, что под ногами, но и предвидеть будущее.