Читаем Афганский дневник полностью

Заняла свои места и наша бронегруппа. Вдоль дороги, стволами в «зеленку». Проверена территория для артиллерии на предмет мин, и пушкари приступили к работе. Наш КП развертывается на третьем этаже крепости — заставы пехоты. Привычная суета. Тянутся провода. Развертываются радиостанции. Начинается перекличка корреспондентов. Пошла боевая работа. Время до вечера пролетает быстро. Когда стемнело, втроем, с Д. Савичевым и Ш. Тюктеевым, идем ужинать в палатку, развернутую за крепостью. Мирная беседа за трапезой вдруг прерывается характерным звуком подлетающего РСа. Вот и первый подарок от «духов». Выскочив из палатки, успеваем увидеть хвост кометы. Затем взрыв, и все озаряется пламенем. РС зажигательный, огневые блямбы усеяли всю стоянку «колес», которая от нас метрах в 100. В темноте на фоне пламени мечутся фигуры. Кто-то тушит «Урал» и БТР. Потушили быстро. Ранен в руку солдат. Шамиль спокойно и мрачновато говорит, что хорошо, что не в голову. Ночью спим с ним в кунге ГАЗ-66. Только сомкнул глаза, снова свист РС и взрыв. Шамиль даже не просыпается. Толкаю его и слышу спокойное: «Там разберутся». Кругом тишина: ни криков, ни беготни, ни стрельбы. Пытаюсь снова заснуть. Сколько проспал, не знаю, но снова свист и разрыв. Ну, думаю, черт побери, не хватает, чтобы еще в этой коробке накрыли. Сон обостренный, все-таки завтра впервые десантируюсь в горы. Проворочался еще пяток минут и пошел на КП. Час ночи. До времени «Ч» еще два часа с копейками. РСы никакого вреда не нанесли. Наши в ответ наугад постреляли в сторону кишлака. Так, для острастки.

Перед рассветом выехали на взлет. Все рассчитано, организовано. Перестал метаться руководитель полетов. Закончили поливку дороги и площадок, прибили пыль. И все равно при посадке «вертушек» поднимается целый песчаный шквал. Песок в носу, во рту, в ушах. Первые группы бегут к своим вертолетам неуклюже под грузом снаряжения, пригнувшись от мощных потоков. Один за другим взлетают и уходят вертолеты через «зеленку» в сторону гор. Ждем своей очереди и мы. Нам еще далеко в этой очереди. Четыре подъема, три батальона, затем дозаправка в Баграме, и только потом пойдем мы. Но это по плану, а жизнь вносит коррективы. Сообщают об обстреле «вертушек» на подходе к району десантирования из ДШК, и они возвращаются. Правда, две умудрились сесть и высадить людей. Возникает вынужденный перерыв. В конце концов решаются десантировать и нас. Наш подъем третий. И вот уже заходит на дорогу «стрекоза» за нами, садится. Теперь уже мы похожи на обдуваемых ветром ишаков. Полет на бреющем. Через сетку в хвосте вертолета, которую поставили вместо снятых створок грузовой кабины, необычно смотрятся дувалы и рощи. Подъем. Идем по ущелью вверх. Летчики начинают обрабатывать из курсового ПК местность по курсу. От неожиданной стрельбы у сидящих напротив солдат округляются глаза. Пытаюсь жестами как-то их успокоить. Посадка. Спрыгиваем на камни, садимся на корточки и ждем, когда вертолет взлетит. Напоследок машем рукой. Машут и нам в ответ. Забираемся на вершину горы. Как потом выяснилось, она стала нашим домом на пять суток. Высота с отметкой 2921 м, гора Чунари. Внизу плодородная долина, справа и слева хребты.

Со склона одного из хребтов по пролетающему штурмовику начинает работать ЗГУ (зенитная горная установка). От нас это километра полтора. Пытаюсь загнать людей за склон, но по нам не стреляют, хотя мы видим «духов» прекрасно и они нас не хуже. Только потом выяснилось, что каменная кладка не позволяла опустить ствол ЗГУ. Иначе они могли бы нам намять бока при высадке. Присматриваюсь в бинокль. Целая крепость из каменных кладок на хребте, да еще дом в склоне с дверью и рамой окна. На флагштоке зеленый флаг — исламский комитет. Вызываем огонь артиллерии, работаем по этому «осиному гнезду» и добиваемся нескольких попаданий. Приказываю развернуть ПТУР, и второй ракетой попадаем точно в окно. Здорово! Вижу в бинокль, как сверху с кладки ЗГУ спускается здоровый коренастый бородач в коричневой рубахе навыпуск с патронташем наискось через плечо. Ему навстречу из дверей выходит второй. Третий показывается из пролома окна, оглядывается. Снова работаем артиллерией. Жаль, нет больше «Фаготов».