Читаем Адвокат Перри Мейсон полностью

— Что вы сделали потом? — спросил Дру.

— Пошла к дому, открыла дверь своим ключом и вошла.

— Вы увидели что-нибудь необычное?

— Тогда нет, сэр.

— Дальше.

— Я приготовила мистеру Бордену еду и пошла в его спальню сказать, что завтрак готов. Иногда он надевал халат и сам выходил завтракать, иногда просил, чтобы я принесла завтрак ему в постель.

— И тогда вы заметили нечто необычное?

— Да.

— Что?

— В спальне никого не было.

— Как вы поступили?

— Поискала, не оставил ли он мне записку. Обычно, если он вечером уезжал и знал, что до утра не вернется, то оставлял записку, в которой писал, когда его ждать.

— Записка всегда лежала в определенном месте?

— Да.

— В то утро вы нашли ее?

— Нет, сэр.

— Так. Расскажите нам, что случилось дальше.

— Ну, после того как я обнаружила, что мистер Борден в эту ночь не спал в своей кровати, я сначала обыскала весь дом.

— Минутку, — прервал Дру свидетельницу. — То, что он не ложился в кровать, лишь ваше умозаключение, и, хотя предварительное слушание — это не суд присяжных, тем не менее, я думаю, лучше придерживаться правил. Что вы имели в виду, сказав, что в кровати никто не спал?

— Его постель была убрана. Сам он этого не делал.

— Продолжайте.

— Тогда я начала осматривать весь дом и вошла в студию.

— Что это за студия?

— Комната, где он занимался фотографией.

— Можете вы описать ее?

— Ну, это комната как комната. К ней ведет несколько ступенек наверх. С той стороны, которая выходит на север, окно с матовым стеклом. И всюду множество электророзеток для прожекторов или ламп.

— Мистер Борден часто пользовался этой комнатой?

— О да, очень часто. Он был фотографом и любил снимать, особенно людей.

— Войдя в эту комнату, что вы обнаружили?

— Я нашла мистера Бордена распростертым на полу с пулевой раной в груди…

— Стоп, стоп! Вы же не знаете, что это была именно пулевая рана, прервал ее Дру. — Вы увидели что-то, что привлекло ваш взгляд к груди лежащего?

— Да, очень много крови, которая вытекала из дырки в груди.

— Мистер Борден был мертв?

— Да, он был твердым, как доска.

— И что вы сделали?

— Я позвонила в полицию.

— У меня все, — сказал Дру.

— Вы будете допрашивать? — спросил Мейсона судья.

— Я хотел бы, — начал Мейсон, обращаясь к свидетельнице, — чтобы вы поподробнее описали фотостудию.

— Хорошо. Из студии можно пройти в темную комнату. Я еще не говорила про фотоаппарат, которым Борден снимал людей. Он стоит на такой стойке, вроде тележки, которую можно двигать в разные стороны. Еще там множество специальных занавесов — такие широкие большие полотнища на роликах, а на них всякие картинки для заднего плана, как будто снимаешься на пляже, в горах или еще где-нибудь.

— Можете вы рассказать, как лежал мистер Борден?

— Он лежал на спине… Это трудно описать. Он уже застыл, и поза его казалась неестественной.

— У нас есть снимок, сделанный полицейским фотографом, — заметил Дру.

— Предлагаю предъявить его в качестве одного из доказательств, и тогда отпадет необходимость в дальнейшем допросе этого свидетеля, — сказал Мейсон.

Дру предъявил суду снимок, а копии вручил Мейсону и секретарю суда.

— Эта фотография будет фигурировать в доказательствах, — заверил Эрвуд. — Обвинитель, вызывайте вашего следующего свидетеля.

— Офицер Гордон С. Гиббс, — назвал Дру.

Гиббс вышел вперед.

— Вы офицер полиции и работаете в столичном управлении, не так ли?

— Так, сэр.

— Во вторник девятого числа вы заходили в квартиру, арендуемую обвиняемым?

— Да, сэр.

— У вас был ордер на обыск?

— Да, сэр.

— Что вы искали?

— Окровавленную одежду, оружие убийства и другие доказательства того, что обвиняемый причастен к преступлению.

— Вы что-нибудь нашли?

— Да, сэр.

— Что именно?

— Мы нашли костюм, покрытый рыже-коричневыми пятнами. Я отправил его в лабораторию, и там выяснили, что пятна…

— Одну минутку, — резко прервал свидетеля Дру, увидев, что Мейсон встает на ноги. — О результатах экспертизы нам расскажет эксперт. Вы предприняли какие-либо шаги, чтобы узнать владельца костюма?

— Да, сэр.

— Какие?

— На костюме сохранилась метка химчистки. Я отнес его туда и спросил хозяина химчистки, знаком ли ему этот костюм, а также кто именно и как часто отдавал его в чистку. Вероятно, я не имею права говорить, что он мне ответил?

— Не имеете, — кивнул Дру.

Анслей наклонился вперед и прошептал Мейсону на ухо:

— Этот костюм был на мне, когда у меня в очередной раз пошла носом кровь. Время от времени со мной случается такое. В тот раз кровотечение началось оттого, что, когда я шел пешком от места работы до стоянки автомобиля, дул сильный ветер.

Мейсон снова перевел взгляд на свидетеля. Дру уже кончил его допрашивать.

— А если бы вам никто не сказал, что на костюме пятна крови, вы сами догадались бы об этом? — спросил адвокат.

— Нет, сэр.

— А о том, что костюм принадлежит обвиняемому?

— Нет, сэр.

— Вы можете утверждать, что эти пятна не являются результатом кровотечения, например, из носа обвиняемого?

— Нет, сэр.

— Единственное, что вы знаете точно, — это то, что вы нашли костюм?

— Да, сэр.

— Вы сначала нашли химчистку, метка которой была на костюме, а потом передали его в полицейскую лабораторию, правильно?