Елизавета не была настроена столь оптимистично. Она считала, что разговор с Кисловой ничего не даст, но если уж ему суждено состояться, лучше именно ей провести его. Во всяком случае, она ручается за свои нервы и за то, что не вспугнет излишней прямолинейностью Кислову. Тут нужно действовать мягко, без нажима, так, как может сделать только женщина. Соболев для такой цели абсолютно не подходил…

Глава 15

Виктор позвонил Виктории ровно через неделю после их первой встречи и пригласил ее в ресторан для разговора. Соболева не представляла, о чем пойдет речь, но все равно предложение Виктора ее неприятно удивило. Неужели давний знакомый посчитал, что сейчас самое удобное время для того, чтобы за ней приударить? Что до нее, ей не нужны свидания и разговоры о прошлом. Прошлое для нее как бы не существовало теперь вообще, было только настоящее, в котором ее муж обвинялся в изнасиловании. Все остальное перед этим абсурдом теряло смысл, казалось мелким и незначительным.

Она ответила отказом.

Должно быть, Виктор уловил в ее тоне резкость.

– Ты неверно меня поняла, Виктория. У меня и в мыслях не было приглашать тебя на свидание. Встреча исключительно деловая.

Виктория почувствовала неловкость. Может, на самом деле она себе что-то нафантазировала. Виктор женат, у него семья. Чего ради он станет за ней волочиться? Ей уже не семнадцать лет, а мужчины, по ее наблюдениям, выбирают себе подруг среди молоденьких девчонок.

– Хорошо. Я согласна, – ответила Соболева, гадая, какие дела желает обсудить Виктор.

На встречу она оделась подчеркнуто по-деловому: приталенный пиджак, юбка, черные сапоги на каблуке, в тон им сумочка. На минуту задержалась перед зеркалом. Не сочтет ли ее Виктор скучной? Еще не хватало, чтобы принял ее за феминистку. В общем, после недолгих размышлений на ее шее появился шелковый шарфик. На запястья капнула немного любимых духов. Последний взгляд в зеркало убедил ее в том, что выглядит она неплохо.

Виктория попыталась улыбнуться. Но вместо прежней задорной улыбки, так идущей ей и делающей ее на несколько лет моложе, вышла болезненная гримаса. «Ну и пусть!» – решила Соболева с раздражением. Улыбаться ей вряд ли придется. Ведь она занятая женщина, приглашенная на деловую встречу таким же занятым и, кроме того, женатым человеком…

Виктор ждал ее в небольшом уютном ресторанчике в центре города. Было около четырех часов дня, замечательное время для того, чтобы встретиться по делу, самый затишек между обедом и тем временем, когда в ресторан начнут съезжаться парочки с намерением весело провести вечер.

Должно быть, Виктор тоже не захотел придавать встрече личный характер, а скорее всего, заглянул сюда сразу из редакции, потому что одет был так же, как и тогда на работе, в классический костюм. Правда, на сей раз он забыл о галстуке, а верхнюю пуговку сорочки небрежно расстегнул. Виктория снова отметила про себя, что он изменился, но только в лучшую сторону. Даже профессор Андриевская, самый суровый критик, вряд ли бы нашла, к чему придраться. От Виктора веяло уверенностью и даже респектабельностью – совершенно неожиданные качества для парня с рабочей окраины, каким он был шестнадцать лет назад (потому и показался тогда взыскательным родителям Виктории слишком грубым и простоватым, совсем не таким, каким, по их представлению, должен быть спутник жизни их дочери).

– Ты замечательно выглядишь, Виктория, – сказал он, улыбнувшись. – Но я здесь не для того, чтобы тебе говорить комплименты.

Соболева почувствовала угрызения совести.

– Прости. Я, наверное, была несколько резка сегодня утром. Ты не представляешь, сколько всего на меня свалилось за последнее время.

– Ты не должна передо мной оправдываться, – остановил ее Виктор.

– Да, но мне иногда так хочется с кем-нибудь переговорить. Ужасная необходимость скрывать от всех правду сводит меня с ума. Представляешь, что будет, когда обо всем узнают родители, знакомые? А дети? Как объяснить Маше и Пете то, что случилось с их отцом?

– Но, мне кажется, ты не одна, – возразил он. – Думаю, часть этой нелегкой ноши должен взять на себя Аркадий.

– Аркадий? – словно опомнилась она. – Ах да, Аркадий… Конечно, он должен найти подходящие слова, как-то все объяснить. Но разве можно оправдать то, что он оказался в постели с другой женщиной и теперь та его обвиняет в изнасиловании? Чудовищная ситуация. Я просто не знаю, как в ней действовать, что предпринять.

– Я здесь как раз для того, чтобы тебе помочь, – сказал Виктор. – Знаешь, после того нашего разговора я не находил себе места, ощущая свою бесполезность. Ну что я могу? Разве что дать денег, но боюсь, в данной ситуации и они бессильны. У меня нет обширных связей в юридическом мире, и договориться с судьей мне вряд ли удастся. Но ты натолкнула меня на мысль. Помнишь, ты говорила о том, что вся эта история с изнасилованием – спланированная провокация той женщины? Сказала, что даже уверена, но у тебя пока нет возможности это доказать.

Виктория молча кивнула головой, еще не понимая, к чему он ведет.