Читаем Адвокат инкогнито полностью

«Бедняжка, как всегда, сбивчиво выражает мысли», – подумала Виктория, которая всегда испытывала к подруге легкое чувство жалости или даже презрения, которое часто возникает у людей успешных и деловитых по отношению к их невезучим знакомым.

– Дождется, балбес! – продолжала стенать Валька. – Вышибут его из универа, как пить дать. Завалит сессию, а тогда дорога куда? Понятно, в армию! Ой, беда, беда…

Виктория тем временем остановилась около турника. Сделала несколько энергичных взмахов руками, словно пловчиха, разрезающая водную гладь, затем, поставив ногу на нижнюю перекладину, принялась тянуть мышцы ног. Запыхавшаяся Валька плюхнулась на скамейку рядом и, ни на секунду не замолкая, продолжала тянуть рассказ про зимнюю сессию и весенний призыв.

– Ну, брось же, Валечка! – не выдержала наконец Соболева. – Не так страшен черт, как его малюют. Твоему Витьке армия пойдет только на пользу. Во всяком случае, он окрепнет морально и физически, поймет, что за место в университете надо держаться зубами.

– Легко тебе говорить! – опять обиделась Валька. – Твой-то Петька, поди, в пехоту не загремит. Он за бугор решил махнуть, да?

Виктория вздохнула.

– Во-первых, Петру сейчас только четырнадцать лет. Во-вторых, он стремится не «за бугор», как ты выразилась, а в Оксфордский университет. Почувствуй разницу! К тому же он не таскается по улице, а занимается с репетиторами, улучшает свой английский.

– Нам бы ваши проблемы… – опустила голову Валька. – Кстати, я совсем забыла!

Она полезла в карман линялых спортивных брюк и выудила оттуда продолговатую коробочку.

– Извини, заболталась. У тебя же сегодня день рождения, – сказала она, протягивая вещицу подруге. – Не взыщи. Подарок, как всегда, очень скромный.

В коробочке лежала ручка. Не «Паркер», конечно, с золотым пером, но вполне пристойная принадлежность, которую не стыдно выложить на рабочий стол. Для Вальки, экономящей на всем, что только возможно, такая трата явно пробила брешь в семейном бюджете.

– Ну зачем же, Валечка! – снисходительно улыбнулась Виктория. – Мне достаточно было твоего поздравления.

– Ладно, ладно. Мы тоже не нищие, – пробормотала Валентина.

Они легкой трусцой направились к выходу. Валька, как всегда, болтая сверх меры, а Виктория – тщательно следя за дыханием. Одна из них делала вид, что забыла пригласить подругу на банкет сегодняшним вечером, вторая великодушно не напоминала об этом, свято веря в то, что бывшая одноклассница просто очень забывчива…

Визажист, а он же и парикмахер, Алессандро, молодой человек со щеголеватой стрижкой, всегда гримировал дикторов и ведущих передач перед их выходом в эфир. Это была натура творческая, непостоянная, склонная к экзальтации.

– Виктория, душечка! – щебетал он, укладывая ей волосы на косой пробор. – Выглядишь отпадно! Ну просто блеск! Эх, если бы я был свободен… Я бы… ух! Жаль, что мое сердце занято.

Виктория улыбнулась краешками губ, прекрасно зная, что парень говорит чистую правду. Его сердце было пленено навеки, но не роковой красавицей, а симпатичным белозубым диджеем из ночного клуба. Алессандро тайны из своей ориентации не делал, и все дамы телеканала «Только для женщин» были в курсе его любовных переживаний.

– Вика, солнышко, посмотри вниз, я нанесу тени на веки. – Он орудовал кисточкой, продолжая восхищаться красотой своей клиентки. – Подай в суд на чертовых журналистов, они что-то перепутали с твоим возрастом. Я не могу произнести вслух, что они там понаписали!

– Эх, Алессандро, – нарочито вздохнула Соболева. – Мне на самом деле сегодня исполняется тридцать семь лет. Это не шутка.

– Нет, шутка! Не может быть тридцать семь лет женщине, у которой такая кожа… такая фигура… и такие чудные волосы. Подай в суд, я тебе говорю…

Вика только посмеялась. Ее, как и любую женщину, радовали комплименты по поводу ее внешности, но, глядя в зеркало, она могла, не покривив душой, сказать, что Алессандро абсолютно прав. И в самом деле, ее кожа оставалась молодой и упругой, как у юной девушки. Прекрасные глаза, немного удлиненные к вискам, были выразительны и зелены, как майская листва. Каштановые волосы не нуждались в начесе, распущенные по плечам, они ниспадали красивой волной. Именинница была стройна, но отнюдь не тоща, со стоячей полной грудью и красиво очерченными бедрами. Короче говоря, лучшей кандидатуры на роль ведущей передачи «С добрым утром, женщины!» не сыскать.

Вначале, получив подобное предложение, Виктория была немного обескуражена. Что она могла предложить скучающим домохозяйкам и молодым женщинам, суетливо собирающимся на работу? Лекции по истории Древнего Востока?

– Нет, конечно же, не это! – заламывал руки режиссер. – От вас мы ждем совсем другого!

– Чего же? – спрашивала Соболева, сидя над горой зачеток.

– Вы – женщина новой формации, – заливался соловьем мужчина. – Доктор наук, известный политолог. Словом, публичная персона. У вас есть семья, дети. Вы будете давать советы нашим женщинам!