Читаем Адский прииск полностью

– Слушаюсь! – Рубцов подскочил, словно гуттаперчевый. – Сейчас же начинаю узнавать, кто у нас в городе связан торговыми отношениями с той местностью. Завтра утром надеюсь пригласить вас на первую беседу. Где вы остановились?

– Недалеко отсюда, в доме Кистрицкого.

– До завтра!

Сыщики первым делом отправились заселяться. Оба они еще в Петербурге перестали бриться. Теперь их бороды уже приняли благообразный вид. Не тащить же с собой в Якутию гримерное депо! А растительность на лице меняла наружность Алексея Николаевича радикально. Теперь, гуляя по городу в своих мундирах, командированные привлекали к себе ненужное внимание. Два незнакомца, сверкают орденами… Особенно выделялся статский советник. Нужно было срочно переодеться в партикулярное платье.

Идти из полиции до нужного дома было десять минут. Там гостей уже ждали. Хозяин находился на службе, гостей встретил пожилой служитель. Он разложил вещи, вскипятил воду в самоваре и сел на крыльце в ожидании приказаний.

Алексей Николаевич развесил в шкафу платье, осмотрел комнату. Годится! Уборная во дворе, рукомойник полон, висит чистое полотенце – для начала достаточно.

Питерцы немного передохнули и вышли погулять. Им хотелось осмотреть новый для них город, а еще купить на ужин булок и колбасы. И Якутск очень быстро показался гостям с неприглядной стороны. Стоило приезжим обойти Кружало и свернуть в Набережную улицу, как путь им преградили сразу пятеро. Вперед выступил атаман, громадного роста и с обветренной рожей ухаря:

– Ца-ца-ца… Кто такие?

Другие четверо обступили сыщиков по сторонам, в руках у них обнаружились крепкие деревянные рычаги.

Лыков с Азвестопуло были при оружии, а в кармане у статского советника дополнительно лежал кастет. Но драться в первый же день со всякой шелупонью ему не хотелось. И он ответил:

– Ребята, тикайте во все лопатки, пока целы. Не ровен час, рассержусь.

– Нарывается купец, – обратился к своим атаман. – Не уважает.

– Ты, Васька, ему голову сверни набок, авось одумается, – посоветовал злым голосом тот, что был справа.

– А второму тоже за компанию, – поддакнул седобородый, нависший слева, и угрожающе занес свой рычаг.

Однако Алексей Николаевич и ухом не повел. Он глянул на Ваську снисходительно и парировал:

– Буду я на всякое дрянцо тумаки расходовать… Победи-ка сперва моего меньшого брата!

И отступил за спину Азвестопуло. Тот растерялся:

– Алексей Николаич, а почему я? Не по-честному. Это ведь вы пятаки ломаете как баранки.

– Пятаки ломает? – насторожился атаман. – Который? Энтот?

– Еще как! – затараторил коллежский асессор. – Гривенник пирожком складывает, цепи рвет. Не узнали, ироды, царя небесного? Это же господин Лыков, полковник из Департамента полиции. Тот самый.

Он не успел договорить, как грабители бросились врассыпную. Грек едва успел дать одному из них пинка под зад. На улице вмиг стало пусто.

– Вот что такое репутация! – назидательно сказал помощник шефу. – А вы – меньшого брата…

Дальше они гуляли без приключений. Гулять, правда, было почти негде… Начали питерцы с Троицкой площади, куда их отвез извозчик с безбородым лицом скопца. Старейший храм города стоял с покосившимся верхом напротив обширного сквера. Это был тот самый городской сад, который заложили по приказу Крафта. В храме сыщики помолились, осмотрели иконостас восемнадцатого века и вышли к Воеводской канцелярии. Это самое старое в Якутске здание заложили еще при Петре Первом. Настоящая история! Осмотрев ее, гости направились к остаткам трехсотлетнего острога. Само укрепление не уцелело, сохранились лишь две отреставрированные башни, соединенные куском стены. Рядом стояла третья, полуразвалившаяся, а четвертая, проездная, торчала посреди городского сада. Башни несколько оживляли унылое пространство вокруг, которое не скрашивали даже шеренги подрастающих деревьев.

На другом конце площади расположился губернаторский дом, где сыщики были утром. С другого конца сад подпирало двухэтажное деревянное здание областной управы. Среди кустов бил жиденький фонтан и стояла дощечка с благодарностью Крафту. Жители Якутска помнили опального администратора, так много сделавшего для украшения города.