— Но если они влюбятся?

— В идею любви — да, друг в друга — нет.

В мягком полумраке небольшого зала ресторана Линда начала приводить свой план в действие. Она наслаждалась заботой Питера, его вопросами о том, достаточно ли ей тепло, по вкусу ли заказанные блюда, удобен ли стул. Приятно, когда вокруг тебя так суетятся.

— Пит, дорогой, ты меня испортишь, — тихо сказала она, наклоняясь через стол и легонько касаясь его руки.

Будет вполне уместно поцеловать его в знак благодарности за прекрасный ужин, а уж потом… На губах Линды заиграла обольстительная улыбка.

— Знаешь, когда ты так улыбаешься, мне становится страшно, — заметил Питер.

— Тебе — страшно? — Линда кокетливо взмахнула ресницами. — Ни за что не поверю!

6

— Так, значит, вы считаете, как профессионал… — последнее слово Кристиан выделил, — что без жены у меня нет шансов стать мэром.

Они сидели друг против друга в квартире Кристиана, поскольку Имоджин утверждала, что предмет их обсуждения должен остаться в тайне. Молодая женщина повернулась так, чтобы можно было оценить утонченную красоту ее профиля, изогнула бровь и сказала:

— Слово «нет» здесь не совсем уместно. Просто большинство людей семейных предпочитают иметь женатого мэра… И вы понимаете, что это должна быть подходящая жена.

— Что вы имеете в виду?

— Вы знаете, что я работала в Вашингтоне. Мне не раз случалось видеть блестящие карьеры, разрушенные… проблемами личного плана. Дело в том, что избиратели считают, будто женатый мэр лучше понимает их нужды. Брак для политика — взаимовыгодный союз, в котором каждый знает свое место. Так что для него нужна особая женщина. Мне кажется, — продолжила Имоджин Скоггинс, — что людям высших эшелонов власти нужны жены, понимающие важность их миссии и цену их успеха, преданные делу своих мужей.

— Не старомодно ли это звучит? — покачал головой Кристиан.

— Кажется, это одна из вещей, которая не устаревает.

— Выходит, политик не должен жениться по любви?

— Дни любви кратки, а серьезный политик не может растрачивать энергию на пустую игру эмоций. Вы же разумный и амбициозный человек, Крис, вы должны понять.

Кристиан задумчиво посмотрел на Имоджин. О, он прекрасно понимал, что она имеет в виду. С той минуты, как он встретил ее в аэропорту, Имоджин дала понять, что собирается предоставить в его распоряжение нечто большее, чем искусство в связях с общественностью. Она, конечно, не заявила прямо, что собирается стать его женой, но намекала неоднократно.

Роналд Селден знал из верного источника и не скрыл от Кристиана, что долгие годы у Имоджин был роман с человеком из Сената.

— Он был старше ее и имел больную жену. Имоджин рассчитывала дождаться смерти несчастной женщины и выйти за него замуж, но, когда жена все-таки умерла, сенатор женился на другой. Имоджин поклялась отомстить ему.

— И как, получилось?

— Ну, он больше не член Сената.

— Милая женщина, ничего не скажешь.

— Зато знает, чего хочет.

Мрачно слушая, в чем состоит очередное преимущество брака по расчету, Кристиан не мог не признать, что из Имоджин вышла бы замечательная жена для политика. К сожалению, было две причины, по которым он никак не мог принять ее предложение.

— Спасибо, я понял вашу точку зрения, — прервал ее Кристиан. — Но, к сожалению, я сам несколько старомоден, поэтому не готов жениться только ради избирателей. Можно сказать, это говорит моя гордость. Я хочу, чтобы меня любили и избиратели, и жена.

Имоджин сидела неподвижно несколько секунд, слегка покраснев, потом поднялась и молча направилась к двери.

Спустя несколько часов Кристиан приехал к Роналду Селдену.

— Он в кабинете, — улыбнулась ему Элизабет. — Как прошла встреча с Имоджин? Роналд говорит, она великолепный специалист.

— Боюсь, мисс Скоггинс осталась мною не слишком довольна. Понимаете, я не могу жениться только для того, чтобы выиграть выборы. Хотя Имоджин была совершенно права, описывая тип подходящей жены, однако…

Он взглянул на фотографию Линды, стоящую на столе. Перехватив его взгляд, Элизабет понимающе улыбнулась. Ее дочь была снята в магистерской мантии, лицо выражало сосредоточенность и упорство.

— Видишь ли, Крис, я всегда боялась, что мешаю Роналду. Ты ведь знаешь, как я мечтаю о его отставке и постоянно твержу об этом.

— Очевидно, любовь к вам и семье значит для него куда больше, чем политика.

— Лин вечно обижалась на отца в детстве, когда у него не хватало на нас времени.

— И дело было не только в его карьере, — напомнил Кристиан.

— Да-да, — рассмеялась Элизабет. — Она во всем винила тебя. И ревновала отца к тебе, поскольку ты проводил с ним больше времени, чем она. Бедная Лин. Из нее точно не вышло бы жены политика. Я думала, что, повзрослев, она станет менее импульсивной, порывистой, но, увы… — вздохнула она и сказала: — Подожди, я позову Рона.