Читаем Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2 полностью

Я объяснился уже вашему превосходительству в письме

моем, что Али-паша, неприятствуя нам, отказывался и не хотел

более помогать во взятии крепостей Корфу, кроме того, что

прежде прислано от него было по его счету, говорят, будто до

3-х тысяч, но действительно от них, албанцев, было только до

2-х тысяч; он с прочими войсками и турками удерживали только

вылазки французов и не допустили их до ближних деревень,

которые бы они могли ограбить; были также частию при штурме

Сальвадора, но настоящее действие формально производимо на

оной нашими войсками, как только помогали прочие генерально,

так сказать, все большой частию сделано и ежели судить

справедливо приписать должно одной моей эскадре, батарей на

берегу, ot>e работою сделаны и окончены одними моими людьми.

Турки и албанцы за работу ни один человек и никогда не

принимались, даже и орудия все вытащены на гору и поставлены на

места с наших и турецких кораблей нашими же людьми. Весьма

укрепленный остров Видо, взятый штурмом моей эскадры —

кораблями и фрегатами, обложен весь на картечный выстрел

и сбито все с него, так сказать, посеян остров ядрами и

картечью с наших кораблей и фрегатов; повреждения, какие

случились в корпусе кораблей, в мачтах, в стеньгах и реях, — все это

потерпели одни только мы. Что принадлежит после этого до

посылки на остров высадки десанта, оная сделана была с обеих

эскадр, и с турецкой и с нашей, и действовали на острову наши

и турки хорошо, словом, вообще, взятие крепостей Корфу целый

свет может отдать справедливость вверенной мне эскадре и

нашему действию. Но чтобы утвердить более д°ружбу нашу с

Блистательной Портой Оттоманской, в реляции пишу и все вообще

к их похвалению и отношу им признательность и, справедливо

сказать, они помогают мне по их возможности, но кораблей

турецких в атаке острова не поставил я с нашими, в их

собственное сбережение, ибо они, став на якорь, не могут скоро лечь

шпрингом, как скорость надобности требует, и в это время были

бы они против батарей кормами, их с батарей могли бы

расстрелять, а они могли бы нам помешать не деятельностию в

скорости сбить батареи; один фрегат их стал между нашими против

батареи близко, он во все время не мог оборотиться бортом

к батареи, которая стреляла ему во все время в корму, ежели бы

я в защиту этого фрегата и нашего подле его стоящего не

очистил моим кораблем и при помощи двух фрегатов не сбили

бы те две батареи, которые обе по нам стрелять могли, то его

батареи в прах бы расстреляли; я необходимостью почитаю вас,

милостивый государь, сим письмом предуведомить о настоящем

нашем действии, как оно происходило для того, чтобы слышу

намерение Али-паши. Он хочет быть нам участником [и] не

выводить своих войск отсюдова. Говорят, дал он повеление, чтобы

они были тут впредь до его приказания, а не выходили бы,

и к тому на сих днях прислал в прибавок еще триста человек

албанцев и намеревается все, что есть взятое в крепостях и в

городе, делить со мною товариществом, так как прежде от него

уговаривано было, ежели бы он прислал к нам своего сына

и с ним тысяч 6 или 7 войска, тогда хотел я его сделать

участником, и когда он от присылки своего сына и войск отказался,

требовал от Блистательной Порты чрез переписку к Кадыр-бею

и к Махмут-ефендию позволения Корфу брать ему, которую

почитал он меньше 25 тысяч состоящего с ним войска взять не-

можно, требовал присылки к нему криг-комиссара, денег,

артиллерии и снарядов и потому нам помогать во всем без сего

особого и к нему повеления, то товариществовать с ними может,

бывшими от него только двумя или двумя с половиною тысячами

против вылазок только и в карауле употреблявшихся. Я, не видя

никакой более нам помощи, решился с отважностию брать Корфу

со стороны моря кораблями, потерпел от того несколькие

повреждения, но принудил трепетать от страху не только

французов, даже и всю окольность сего места и чрез несколько часов

получил из крепости от генералов командующих и от всего

совета французов того гарнизона просьбу о удержании военных

действиев и кровопролития и приступить к договорам [о] сдаче

крепостей нам на капрхтуляцию. Договоры тотчас кончены и

крепость я нашими войсками принял, считаю только вообще с

эскадрою Блистательной Порты Оттоманской; по всем сим правам

целый свет отдает мне справедливость, что раздел всего

находящегося в крепостях более всех с уважением на сторону

Российской эскадры сделан быть должен и потому, что в эскадре

мне вверенной со мною 8 кораблей и 7 фрегатов линейных, а

турецкой только 4 кораблей и несколько фрегатов, следовательно

силы наши почти вдвое больше; а притом действие мое против

крепостей кораблями российскими, которые деятельностию своею,

когда они к тому употребляются, стоят более 30 или 50 тысяч

сухопутного войска, то каким образом и по какому праву Али-

паша может участвовать в разделе и занятии крепостей; притом

албанские войска и турецкие вместе с нашими вошли бы в город

и крепость, то на основании оных не могло бы остаться, все бы

было истреблено, кровопролитие, плач и вопль, последовали бы

междуусобия, и война непременно была бы с островскими