Читаем Адмирал Ушаков полностью

Ушаков проявлял неутомимую деятельность. Он уделял много внимания организации военных учреждений Неаполя, налаживал их деятельность, производил обучение организуемых неаполитанских войск, представлявших сомнительную силу. В связи с этим Ушаков приступил к формированию особого отряда из русского десанта и неаполитанских войск для римского похода, 8 успехе которого он не сомневался. Затянувшимися приготовлениями Ушакова воспользовался (по тайному распоряжению Нельсона) Трубрндж, командир английского корабля, стоявшего на неаполитанском рейде. Он заверил Ушакова, будто уходит з Чивита-Веккио (порт близ Рима), чтобы оттуда с другими английскими кораблями проследовать к Палермо на соединение с Нельсоном. На самом же деле, придя в Чивита-Веккио, Труб-ридж предложил французскому генералу Гарнье капитули/ро-зсть на чрезвычайно выгодных условиях: у французов не отбиралось оружие, они не лишались права возобновить военные действия, которые, таким образом, могли быть обращены против Суворова. Гарнье, знавший о предстоящем походе русских, с радостью согласился на предложение Трубриджа, и 16 сентября капитуляция была подписана.

Ушаков был возмущён таким поведением союзника, но протест русского адмирала остался без результата, и дело поправить было уже нельзя. 19 сентября неаполитанский генерал Буркард, признавший капитуляцию, вступил в Рим, где воцарились террор, грабежи, насилие. Население Рима с нетерпением ожидало прихода русского отряда, триумфально вступившего (в количестве 820 гренадеров и 200 матросов) 30 сентября 1799 г. в стены Вечного города под начальством морского полковника Скипора и лейтенанта Балабина.

Многие толпы встретили вступивших в город русских и сопровождали их по улицам. С любопытством и удивлением смотрели

римляне на невиданных ими жителей отдаленного севера, -прогремевших своими победами но всей Италии. Всюду русских сопровождали восклицания: «Да здравствуют русские! Да. здравствует Россия!» Окна и балконы были задрапированы, как в праздник; с них восторженные римляне рукоплескали, махали* платками, забрасывали русских цветами. «Вот те, которые бьют всегда французов и которых французы (боятся! Вот наши избавители! — кричали римляне. — Недаром французы спешили отсюда удалиться». Таким образом, англичане не предвосхитили чести освобождения Рима. Итальянцам было понятно, кто их настоящие избавители ¹.

Месячное пребывание русского десанта в Риме способствовало* прекращению белого террора и установлению порядка в городе. Вообще оно имело для Рима те же благотворные результаты, как и пребывание Белли в Неаполе после изгнания оттуда французов.

Походом в Рим закончились в Средиземном море действия десантных сил эскадры Ушакова.

5 ноября 1799 -г. русский отряд вернулся в Неаполь, где Ушаков — победоносный представитель России — собирал все силы для экспедиции на Мальту.

Авторитет русского имени благодаря подвигам наших моряков стоял тогда в Средиземном море необычайно высоко.

Ушаков, подобно Суворову всегда действовавший наверняка, тщательно приготовился к походу на Мальту. Однако осуществить его так и не пришлось. 20 декабря адмирал с главными силами вышел в море по направлению к Мальте. Но к месту назначения эскадра не дошла, так как в Мессине было получено приказание Павла о возвращении русского флота в Чернее море. Павел, справедливо возмущённый отношением к России союз-ииков-австрийцев, бросивших Суворова на произвол судьбы в Швейцарии², отозвал свои войска и флот в Россию. 8 января 1800 г. Ушаков вернулся на Корфу, куда стали прибывать и другие отряды его эскадры. Одно время намечалось было возобновление военных действий, но в июне Ушаков получил второе приказание Павла о возвращении в Севастополь, и 6 июля русский флот ушёл из Корфу -в Константинополь.

Обратный путь русского флота сопровождался теми же выражениями признательности со стороны населения, какими встречали его (во время победоносного плавания вдоль побережья

' См. В. П. Ильинский, Адмирал Ф. Ф. Ушаков в Средиземном море, стр. 45—46.

² Вероломство австрийских немцев принудило армию Суворова покинуть Италию и б холодное уже оремя, в неописуемо тяжелых условиях предпринять свой знаменитый переход с боями через Альпы в Швейцарию.

Ионических островов и Апеннинского полуострова. Депутаты от всех островов являлись к Ушакову с выражением благодарности местных жителей. Остров Кефалония выбил медаль в честь Ушакова с изображением на одной стороне адммрала и надписью: «Знаменитый, почитаемый Федор Ушаков, главный русский «флотоводец. 1800 г.», с другой—изображение русской эскадры, освобождающей острова, и подписью: «Кефалония — всех Ионических островов спасителю». Остров Корфу сверх подношения, о котором упоминалось выше, поднёс Ушакову шпагу с надписью: «Корфу — освободителю своему Ушакову». Были ещё подношения от острова Занте и другие.