Читаем Адмирал Ушаков полностью

Ф. Ф. Ушаков смело обличал Мордвинова в невнимании к нуждам Севастопольского флота и не раз заявлял, что благодаря ему «флот противу прежнего упадает и приходит в ветхость»[217]. Это было тем более недопустимо, что в конце 1792 г. из Константинополя стали поступать известия о подготовке турецким адмиралтейством флота «в знатном количестве судов» якобы для усмирения восставших вассалов в Египте и других местах Оттоманской империи. На самом же деле Порта замышляла внезапно напасть на черноморские порты и истребить в них русский флот. «Хотя и не можем почитать сего за основательное по слабости и истощению турков от войны для них бедственной, — писала Екатерина в секретном указе Мордвинову 23 ноября 1792 г., — не меньше однакож находим благовременно принять надлежащую осторожность и поставить себя в полную готовность не токмо к ограждению подобных покушений, но и к обращению оных в вящий собственный вред туркам распространением на водах и твёрдой земле наших успехов»[218].

Екатерина II потребовала от Мордвинова, не ожидая присылки денег, местными средствами привести парусный и гребной флоты в исправность, «дабы отнюдь не быть неготовыми против неприятельских намерений». Она предписывала Мордвинову принять меры к усилению защиты портов и особенно Севастопольского.

Общее руководство строительством укреплений на юге поручалось А. В. Суворову. Он тогда был назначен главнокомандующим войсками Екатеринославской губернии и Таврической области.

Тревога за безопасность границ на юге не проходила. Русский поверенный в делах в Генуе Лизакевич сообщал, что Французская буржуазная республика, с целью помешать участию Екатерины II в контрреволюционной коалиции, склоняла Порту вступить в союз с Францией и объявить войну России, обещая выделить эскадру из десяти кораблей и пяти фрегатов для совместных действий в Чёрном море[219].

В это время Ушаков находился в Петербурге. Екатерина II вызвала его в столицу на короткое время, желая посмотреть на черноморского героя, стяжавшего себе и флоту громкую военную славу. Она увидела в нём строгого, слегка угрюмого и неразговорчивого моряка, корабельные пушки которого куда красноречивее говорили, чем он сам. Хотя Ушаков был принят ласково, но в Петербурге он долго не задержался. В мае 1793 г. Ушаков вернулся в Севастополь к своему любимому флоту.

2 сентября 1793 г. Екатерина II за исключительные военные заслуги произвела Ф. Ф. Ушакова в вице-адмиралы, оставив его в прежней должности командующего Севастопольским флотом и начальника порта.

Возвратившись в Севастополь, Ушаков получил от русского поверенного в делах в Константинополе полковника Хвостова письмо, в котором сообщалось о засылке капудан-пашой шпионов в черноморские порты, а также о том, что в Константинополь беспрестанно прибывают войска, которые спешно отправляются в Анапу, Измаил, Браилов и Варну для исправления и укрепления крепостей. Туда же посланы были недавно прибывшие из Франции четыре инженера[220]. Эти данные Ушаков сообщил Мордвинову. Для борьбы с шпионажем были приняты срочные меры.

Помимо военного шпионажа, дворянско-крепостническое правительство Екатерины II особенно боялось распространения в армии и флоте революционных настроений. Поэтому принимались строжайшие меры к пресечению малейшей агитации в войсках и среди населения. Гражданское население, жившее в районе Севастопольского военного порта и Адмиралтейства, было выселено[221].

Напряжённая международная обстановка заставила срочно укреплять Черноморский флот. В первую очередь были приняты меры к увеличению личного состава. Зимой 1793 г. по указу Екатерины II в Черноморский флот были отправлены из Адмиралтейств-коллегии 123 лейтенанта и мичмана, 209 шкиперов, подшкиперов, штурманов, боцманов и «другого корабельного звания чинов», 1 400 старослужащих матросов «первостатейных и второстатейных, каждого по равному числу», около 90 лекарей, подлекарей и лекарских учеников.

Военной коллегии было приказано отправить во флот из артиллерийских команд в канониры и бомбардиры 500 человек и 2 400 человек для пополнения морских батальонов[222]. Такое пополнение личного состава значительно укрепляло морские силы на Чёрном море.

Принимались меры и к строительству новых кораблей и замене старых и малонадёжных. Екатерина II поставила перед Мордвиновым задачу всеми способами увеличить флот на Чёрном море до тридцати линейных кораблей[223].

Угроза нарушения Турцией мира не проходила. Наоборот, в начале 1794 г. такая опасность возросла ещё больше.

«Угрожение войною от вероломной Порты Оттоманской явилось со дня заключения мира, — говорилось в указе на имя вице-адмирала Мордвинова. — Теперь делают они наивеличайшие усилия поставить нам твёрдые препоны и сильно вооружаются для поражения нападательною войною, в намерении и сухим путём и водою нечаянно напасть на пределы областей наших»[224].