9 мая командование КБФ передало по радио гарнизонам островов требование о капитуляции. Гитлеровцы отказались сложить оружие. Тогда флотская авиация нанесла удар по местам базирования немецких войск и судов. В тот же день отряду наших катеров было приказано высадить на Борнхольм стрелковую роту, что и было сделано – в порту Ренне вышла на берег сотня наших бойцов. По сравнению с немцами их была горстка. Но враги знали: за спинами этих солдат – мощь всей нашей армии. Все это происходило – повторяю! – когда уже был подписан акт о безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Командованию гарнизона ничего другого не оставалось, как тоже приступить к оформлению капитуляции своей группировки. Однако в те же самые минуты часть немецкого гарнизона пыталась погрузиться на суда и удрать в Швецию. Мы послали наперехват торпедные катера и подводные лодки. Наши моряки, нагнав беглецов, приказывали немедленно возвращаться на Борнхольм. Фашисты на эти приказы отвечали в большинстве случаев огнем. Тогда командирам наших кораблей ничего не оставалось, как тоже пускать в ход оружие. Так что бои на Балтике продолжались и после того, как уже был подписан акт о капитуляции Германии.

Не прекращались боевые действия и на Северном флоте. Уцелевшие фашистские подводные лодки еще пытались атаковать наши конвои. Вспоминается телефонный разговор с командующим флотом А.Г. Головко уже в середине мая 1945 года.

– Мы все еще продолжаем воевать, – докладывал он. – Вчера снова обнаружили немецкую подводную лодку.

Ничего не поделаешь. Уже отгремел самый большой салют – из тысячи орудий – по случаю Дня Победы, а с опасностью на море по-прежнему приходилось считаться.

Победа

1 Мая 1945 года после демонстрации человек тридцать пригласили на дачу И.В. Сталина в Кунцево. Выдался на редкость теплый день. Обеденный стол накрыли на лужайке. Обед начался тостом за Победу. В близости ее теперь не было сомнения. За столом вспоминали трудное лето 1941 года, не менее напряженный 1942 год, когда были произнесены слова: «И на нашей улице будет праздник». Сейчас был канун этого праздника. После воспоминаний И.В. Сталин как-то незаметно переключил наш разговор на деловые темы. И за обеденным столом он продолжал работать: то и дело ему приносили телеграммы, на которые ему приходилось отвечать. Всегда придававший значение секретности, он на этот раз охотно делился с нами содержанием телеграмм. Запомнилась одна из них – от маршала Г.К. Жукова, доносившего из Берлина о попытках нового фашистского руководства вести мирные переговоры. Она вызвала оживленное обсуждение. Настроение у всех поднялось еще больше. Потом зашел разговор о мирном строительстве, планах на будущее.

Даже праздничные обеды никогда не затягивались – через два часа уже все разъехались. Я отправился в Наркомат, чтобы заслушать последнее сообщение с флотов.

На следующий день – 2 мая – капитулировал Берлин.

Вечером 8 мая мне довелось выезжать из Кремля через Спасские ворота. Переполненная народом Красная площадь ликовала. Все ожидали очередного салюта. Чувство безграничной радости охватило в эти минуты всех без исключения.

Поздно ночью мне позвонил А.Н. Поскребышев. Обычно скупой на разговоры даже с друзьями, он сообщил мне, что капитуляция Германии подписана. И горячо поздравил меня. Я тут же продиктовал поздравительную телеграмму военным советам флотов. Хотелось в самых теплых выражениях поделиться радостью с теми, кто все годы войны находился на переднем крае борьбы.

Несмотря на поздний час, не переставал звонить телефон. Нарком судостроительной промышленности И.И. Носенко с присущим ему жаром кричал в трубку:

– Обнимаю и крепко жму руку! Привет героям-морякам!

– Спасибо, спасибо, – волнуясь, отвечал я Ивану Исидоровичу. – От всего сердца поздравляю твоих славных корабелов. Они тоже вложили свой вклад в Победу.

9 мая повсюду царило ликование. Первыми ко мне зашли адмирал флота И.С. Исаков, начальник Главного политуправления И.В. Рогов, начальник Главного морского штаба адмирал С.Г. Кучеров. Утренний доклад об обстановке на флотах то и дело перебивали телефонные звонки. Установить обычный распорядок дня было невозможно, да и не хотелось. Докладывались только особо важные дела и подписывались исключительно спешные телеграммы. Все командующие флотами считали своим долгом позвонить мне по ВЧ и поздравить с Победой.

В кабинет заходили офицеры из управлений Наркомата: одни по делам, другие под наплывом чувств просто поздравить, поделиться радостью. Всех объединяло одно: мы одолели врага! Незабываемый день.

Победа! Она многозначна, у нее много граней. Победа была поистине всенародной. Ее ковали воины, героически сражавшиеся на фронтах, рабочие и работницы, сутками не отходившие от станков, чтобы снабжать фронт вооружением, колхозники и колхозницы, растившие урожай, ученые, инженеры, конструкторы – каждый своим трудом приближал этот долгожданный день.

Победа – это памятник тем, кто не вернулся с полей битв, защищая Москву, Ленинград, Севастополь, Одессу, Сталинград, сражаясь за каждую пядь родной земли.