Читаем Адмирал (СИ) полностью

Караван транспортных судов удалялся всё дальше и дальше от места рандеву двух эскадр, недавно его принял под охрану «Диксон». Случись налёт, транспорты будут уже не так беззащитны, как раньше. Хотя и до этого они могли показать зубы. На их палубах под чехлами стояли зенитные автоматы, которые должны были стать неприятным сюрпризом для любого самолёта противника, а уж с «Диксоном»… Время играло мне на руку, и я не предпринимал активных действий. Реакция Реймана давала мне надежду, что всё обойдётся. Сейчас у него выбора нет, мои радисты докладывают, что между американскими кораблями и берегом идёт интенсивный радиообмен. Наверняка Рейман запросил совета и распоряжений из штаба операции по блокаде, который расположен в Рио-де-Жанейро. В отличии от меня, он не волен принимать решения о начале боя с сильной эскадрой советских боевых кораблей.

— Товарищ адмирал, Жуков на связи! — от раздумий меня отвлёк дежурный радист. Вот чего ему сейчас надо⁈ Не до него мне, у меня своих проблем выше крыши, вон они, болтаются перед нами и наводят на нас свои орудия!

— Соединяй! — пообщаться придётся, всё же это Главнокомандующий!

Радист пощёлкал своими тумблерами и я взял трубку радиотелефона. Хорошая штука! Общаться можно голосом, но перехватить разговор не должны, какой-то там специальный код, сложное оборудование, скопированное у тех же американцев.

— Доброе утро Георгий Константинович! — поздоровался я с маршалом.

— С чего ты взял что оно доброе⁈ — Жуков был явно не в настроении — где ты и твои корабли⁈ Мне срочно нужна авиа и артиллерийская поддержка твоих линкоров и авианосцев! Приказываю подойти к берегу и отработать по указанным моим штабом целям! Где подкрепления и боеприпасы⁈

— Транспорты с подкреплением и боеприпасами прибудет в Пуэрто-Бельграно в течении часа! Подойти к береговой черте, как и выделить авиацию сейчас не могу! — нехрина себе заявочки у Жукова!

— Что значит не могу, мать твою⁈ Мне доложили, что ты находишься в прямой видимости с берега! Выполнять немедленно или под трибунал пойдёшь! Не шути со мной Жохов! — вот и я «удостоился» наезда. Как положено, с упоминанием близких родственников.

— А тебе не доложили, что так же в прямой видимости с берега находится эскадра в два раза больше моей, которая готова перехватить твои транспорты⁈ Мне тут не до шуток, твою мать! И запомни Георгий, я тебе не подчиняюсь! Не смей на меня орать! Как сброшу с хвоста американцев, так подсоблю чем смогу, а пока не люби мне мозги! Всё, конец связи! — я с силой бросил ни в чём не повинную трубку на стол, и она жалобно звякнула. В рубке авианосца повисла звенящая тишина.

— Это Жуков, который Георгий Константинович? — растерянно переспросил меня Левин — маршал Советского Союза?

— Он самый! — зло ответил я.

— Да как же так можно…- начал ошарашенный командир «Ленинграда», но я его перебил.

— Вы товарищ Левин, не о том думаете и лезете куда вас не просят! Займитесь своими прямыми обязанностями и не указывайте мне, что мне можно, а чего нельзя! С Жуковым, до решения вопроса с американской эскадрой меня не соединять! Вам всё понятно⁈ — я уставился на Левина, и он быстро отвёл взгляд. Не нравится он мне! Нерешительный и трусливый! Что бы он сделал на моём месте? Он бы прямо сейчас разрушил заранее подготовленный боевой ордер и полным ходом рванул бы к берегу! Что будет дальше не трудно предположить. Американцы подумают, что советские корабли от них удирают и начнут бой, только вот шансов у нас уже не будет, ибо мы будем стоять жопой к врагу, и под эту самую жопу получим так, что только щепки полетят!

— Так точно! — буркнул контр-адмирал, не поднимая взгляд.

Жуков меня разозлил. Я и правда ему не подчиняюсь! Моя задача довести без потерь транспорты до Аргентины, дождаться их разгрузки и вернуть обратно, уже груженные ранеными и техникой требующей ремонта, а также всем тем, чем их посчитают нужным загрузить. Я извозчик и охранник и свою задачу наполовину почти выполнил! Видимо что-то у него серьёзно подгорает, раз он такой нервный. Однако и в таком состоянии надо учитывать полную обстановку, в том числе и на море, да и за языком своим следить не мешало бы!