Читаем Адепты Тьмы полностью

Уркратос шагнул на мостик, ведущий к ритуальному залу боевого крейсера «Кузнец преисподней». Над головой капитана простирался потолок металлического зала, похожий на далекое черное небо с облаками зеленовато-желтого дыма ладана. Сверху моросили мелкие капли черной крови. В нависающих облаках метались призраки и духи, пойманные колоссальной злобной силой «Кузнеца преисподней» и обреченные на заключение в пределах корабельных палуб. Внизу клубилось море вражеской крови. Оно кипело водоворотами, в которых мелькали обнаженные тела. Эти существа в наказание за дерзость или неудачи были осуждены на вечные муки. Как бы они ни стремились к поверхности, водовороты неизменно затягивали несчастных вниз, но не позволяли успокоиться в смерти. Их слабые жалобные стоны сливались со зловещим завыванием ветра, веявшего над мостиком.

Над морем грешников висела огромная круглая платформа с приподнятыми наподобие сидений амфитеатра краями. Это место, в котором копилась нечестивая энергия мучившихся внизу грешников, было предназначено для проведения ритуалов. Платформу покрывал забрызганный кровью песок, на нем кровью же выводились сложные ритуальные схемы. Чуть в стороне громоздилась груда мертвых тел, предназначенных для обрядов.

Жертвы специально выращивались в мире демонов, в глубине Ока Ужаса. Жизнь каждой из них с самого начала предназначалась Богам Тьмы. Клубы ладана поднимались из курильниц, для изготовления которых использовались черепа наименее полезных членов экипажа. Часть голов была развешана под высоким потолком на цепях с шипами. Черная кровь, капая сверху, непрерывно орошала поверхность обрядовой платформы.

— Феогрим! — позвал Уркратос, ступив на ритуальную платформу.

Он обращался к морщинистому согбенному старику, сидевшему в центре круга. Феогрим поднял голову навстречу Уркратосу, упал на живот и пополз к капитану «Кузнеца преисподней».

— Я должен узнать это как можно скорее. Мы вышли из варпа в реальное пространство, скоро достигнем этого мира. Оно подлинное?

Феогрим выбрасывал вперед руки и подтягивался на них, волоча за собой туловище и ноги, пока не оказался распростертым почти у самых ботинок Уркратоса. Издали колдун производил впечатление иссохшего морщинистого старика. Вблизи становилось ясно, что на самом деле это был клубок подвижных отростков, только в силу привычки сохранявших подобие человеческих черт.

— Мой господин, Ужасные говорят, они говорят… с Феогримом, рассказывают всю правду, это так, и старый Феогрим может отличить правду от лжи…

Уркратос пинком ноги отбросил от себя Феогрима, перебив при этом несколько ребер бронированным ботинком. Но это повреждение колдун мог исправить довольно легко.

— Эта чепуха со мной не пройдет, колдун, — раздраженно бросил Уркратос. — Абаддон предупреждал меня о твоих фокусах. Ты совсем не идиот и можешь в любую секунду предать нас, как только представится возможность. А теперь еще раз, колдун. Послание было подлинным? Я не желаю, чтобы корабль попусту гонялся по варпу за эхом.

Феогрим с трудом поднялся на ноги и отряхнул спекшийся от крови песок со своего потрепанного коричневого одеяния.

— Да, все признаки были весьма убедительными,— произнес он уже более осознанно. Затем тревожно взглянул на Уркратоса, который в терминаторских доспехах был, по меньшей мере, вдвое выше любого из людей.— Со мной говорил лорд Тзинч.

— Это его демоны говорили с тобой, старик, а на каждую правду у демона найдется десяток обманов. Тебе повезет, если ты окажешься прав.

— Обязательно. Разве у меня нет свидетелей?

Феогрим указал на противоположный конец платформы. Сквозь клубящийся дым ладана Уркратос увидел сотни высохших трупов, рассаженных по амфитеатру, как публика на представлении. На мгновение Уркратос задумался, откуда колдун их взял. Но пока Феогрим, как и обещал, исправно исполнял свои обязательства перед Воителем, этот вопрос не мог долго занимать капитана.

— Ну, что же тебе известно? — спросил Уркратос.

— Слушай.

Феогрим произнес несколько слов, звучание которых казалось недоступным слуху ни одного человека. Уркратос нахмурился, узнав наречие почитателей Тзинча — Меняющего Пути. Колдун оказался одним из тех выродков, кто превозносил одного бога Хаоса перед другими, не понимая, что все они — лишь части многогранной силы, которую люди называют Хаосом.

Высохшая кровь хлопьями поднялась с пола и превратилась в капли жидкости. Они, подобно шарикам ртути, быстро соединились в висящие в воздухе лужицы. Затем их поверхность задрожала; на ней появились сотни безобразных, постоянно меняющихся лиц с открытыми в немом крике ртами.

— Рубка, — скомандовал Уркратос, передавая приказ по вокс-сети корабля. Как только его голос достиг команды капитанской рубки, на канале вокса прошелестел ответ. — Воспроизведите сигнал еще раз.

Корабельные вокс-трансляторы под металлическим потолком разразились мощным потоком звуков. Лица в озерцах крови неистово залепетали, то сливаясь друг с другом, то снова расходясь.

— Тихо! — рявкнул Феогрим. — Отделите истину от лжи! Меняющий Пути приказывает вам!