– Ну что, леди Хэйвуд, вы не пожалели, что пару месяцев назад поступили в академию и вымотали все нервы своему будущему супругу? – спросил меня Эйден, спиной толкая дверь нашей спальни. Спиной, потому что с невестой, то есть уже женой на руках, дверь по-другому не откроешь.

– Это я-то вымотала тебе нервы? – оскорбилась я и попыталась высвободиться. Эйден лишь крепче сжал объятия, и через несколько секунд я оказалась уже на кровати. Меня тут же охватило нервное напряжение, и я затараторила: – Это ты постоянно доводил меня! И обзывал извращенцем, – припомнила я и, сев, сложила руки на груди. Пусть теперь извиняется.

– Я был неправ. Конечно же, извращенец – это я, что сейчас и докажу, – сев рядом со мной, Эйден откинул с моего плеча локон и, наклонившись, поцеловал в изгиб шеи. Закрыв глаза, я отдалась его прикосновениям.

А под утро, засыпая в его объятиях, я подумала: впервые за несколько лет я чувствую, что у меня действительно есть дом. Не временное жилище, как пансион, а именно дом. И любимый муж. Подняв взгляд на уже заснувшего Эйдена, я одними губами прошептала:

– Я люблю тебя.

Эпилог

Год спустя

Погода стояла холодная и солнечная. Поэтому я засунула озябшие руки в карманы, спеша в столовую. Да, в прошлом году, когда я и жила, и училась в одном здании, было проще.

Адепток созданного при академии магии женского факультета поселили в отдельном корпусе, благоразумно расположенном на некотором отдалении от основных строений. Общежитие было окружено защитными заклинаниями, и сколько бы парни ни кружили вокруг, внутрь им ходу не было. Хотя они не сдавались и упорно совершенствовали свои навыки взлома и проникновения, отрывая в библиотеке все более заковыристые заклинания. Профессора на это лишь хихикали и добавляли новые слои защиты.

В этот раз учиться было гораздо интереснее и легче, чем в прошлом году. Во-первых, наша программа была рассчитана на девушек, и никто не просил нас сразить вурдалака. Во-вторых, я не находилась в постоянном напряжении из-за страха разоблачения. Ну и, конечно же, Эйден, который год назад изрядно помотал мне нервы, сейчас превратился в самого лучшего и любящего мужа. Кстати, он все-таки перескочил через два курса, и академию мы должны были закончить одновременно: женская программа была рассчитана на три года вместо пяти.

И еще, кроме всех этих отличий, несомненным плюсом второй попытки обучения в академии было то, что вместе со мной поступила подруга, Ронда из пансиона мадам Фоббс. У нее тоже выявились способности, только к магии воды, и я очень радовалась тому, что мы жили и учились вместе. Руководство академии, конечно, придерживалось самых прогрессивных взглядов, но не настолько, чтобы позволить нам с Эйденом занять одну комнату, пусть мы и были уже год как женаты. Впрочем, со следующего семестра мы с мужем планировали переехать в городской особняк Хэйвудов и каждое утро приезжать на занятия. Благо особняк располагался недалеко от академии.

Тут вдалеке мелькнул край голубого платья, и я прибавила шаг. Ронда! Однако, когда я приблизилась, то оказалось, что она не одна. Рядом стоял Генри, и вид у него был самый сияющий.

– Эмили! – торжественно произнес он и, вдруг протянув руку назад, переплел пальцы с пальцами моей подруги, отчего та покраснела, как помидор. – Позволь представить тебе мою невесту, Ронду Паркер. Я полюбил ее больше жизни, и мы собираемся пожениться!

Онемев, я перевела глаза с улыбающегося лица Генри на Ронду, которая вскинула на меня робкий взгляд, и пораженно-радостно выдохнула:

– Правда?!

Генри поднял их сцепленные руки, чтобы продемонстрировать тонкие ободки помолвочных колец, а Ронда, взглянув на него, кивнула и несмело улыбнулась. Ее лицо было исполнено тихой радости и обожания. Так смотрят только на любимого человека. Ну а Генри… Он не мог сделать выбора лучше. Ронда, спокойная и застенчивая, была настоящим сокровищем, а за ее стеснительностью крылась доброта, достоинство и стойкий характер. Как же я рада, что он это разглядел! Порывисто вздохнув, я шагнула к ним и обняла сразу обоих.

Если честно, я думала, что Генри остановится на Аманде – она ведь прожила в его особняке несколько месяцев, и одно время друг казался увлеченным ею. Однако, когда подозрения с нее сняли – как выяснилось, мистер Фиггинс действительно ее шантажировал, – она все же уехала.

Генри не сильно расстроился, и после Аманды была Миранда, потом кто-то еще. А затем начался учебный год, и друг разом охладел к своим пассиям, зато вдруг налег на учебу. Или это был хитрый план, чтобы сблизиться с Рондой, которая часто засиживалась в библиотеке допоздна?

– Что тут за коллективные обнимания? Меня не пригласите? – раздался за спиной прохладный голос.

Я уже собралась отстраниться, поскольку Эйден даже после свадьбы вел себя как настоящий ревнивец и собственник. Но тут на нас с криком: «Обнимашки!» – налетел еще кто-то, впечатав Хэйвуда в мою спину.

– Так что за повод? – осведомился Томас, который умудрился сграбастать нас всех в одну кучу.