Читаем Адаптированный Гораций полностью

Черным телом боясь изумрудаЧто по улице тихо струится, снедая свидетелей,Льет в глаза свои, и оттудаУсмехается тем, что остались, де зря вы заметили;В черном небе, в соседнем проулкеЯ кого-то молю об умершем тепле, но соленаяЯдовито мерцая и гулкоПретворяет молитву в похлебку с червями зеленую;В светлой теми, где боль умираетВ зеленце сладковатой и кислой, в глухом безразличии,Тем, кто в этой ночи замерзает,Кровь мерцает моя то ясней, то тусклей, без различия.

3

Где крыланки, крича, уже не летаютЛьдом холодным дыша, где совсем хорошо,Где оттаялась вся водичка мерцая,Набежав солонцой на ребристый пятак,Носом зелень глотнув, ладья травянаяУ которой стучит за ребром молоток,Корабельщик утоп, одним из сердечекПьет волну, находя то уток, то поток;Захлебнулась вода, и глубже, чем в твердиОблак, легкий вечор, синий снег разбросав,Тормозя по низам, забывшися вчерне,Льдом холодным дыша, закрепил паруса.

V

Из Яна Стейна

Пойдем, немая муза, в кабак что ли.Вокруг струясь, летает глухой ветер.Он в этот дикий холод оглох, бедный.Прекрасный город я прохожу мимо,Довольно мне друзей и блядей хватит.Пойдем со мной в кабак, где текут вина.А лучше не пойдем, нам и здесь кисло.Там рок-н-ролл дурацкий звучит тошно.Зимою говорят: береги уши.Куда же нам идти, а кабак рядом.Там сыто и тепло, хорошо очень.И если очень худо — еще полста.Немая муза, плача, стакан просит.Бери же свой стакан, веселись, муза.

VI

Оставь, Катулл, забудь свои притязания,Твоему горю уже ничто не поможет.Не нам исправить ни жизнь, ни Лесбию,Осталась только печаль тихая.Смотри, вокруг встает из пепла Отечество,Лишь визжат, жалобно воя, враги как свободы,Так демократии, тупость дряхлая.Но не вернуть никогда Лесбию.Смотри, вступает в жизнь девичество новое,Так юны, так хороши, так прекрасны они, чтоЗабыл бы все, что они не видели.Но нет меж ими, увы, Лесбии.

VII

Перейти на страницу:

Похожие книги

Расправить крылья
Расправить крылья

Я – принцесса огромного королевства, и у меня немало обязанностей. Зато как у метаморфа – куча возможностей! Мои планы на жизнь весьма далеки от того, чего хочет король, но я всегда могу рассчитывать на помощь любимой старшей сестры. Академия магических секретов давно ждет меня! Даже если отец против, и придется штурмовать приемную комиссию под чужой личиной. Главное – не раскрыть свой секрет и не вляпаться в очередные неприятности. Но ведь не все из этого выполнимо, правда? Особенно когда вернулся тот, кого я и не ожидала увидеть, а мне напророчили спасти страну ценой собственной свободы.

Елена Левашова , Людмила Ивановна Кайсарова , Марина Ружанская , Юлия Эллисон , Анжелика Романова

Короткие любовные романы / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Романы
Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия