Читаем Ад - это космос полностью

Было невозможно определить расстояние, которое они преодолели. Канал делал повороты и изгибался, иногда резко обрывался вниз, часто перемежался уступами и изломами, поблескивавшими незнакомыми рудами или покрытыми яркими пятнами странных окислов лазурного, ярко‑красного и желтого цветов. Мужчины то двигались с трудом, то увязая по щиколотки в черном песке, то карабкаясь на похожие на плотины баррикады из порыжевших валунов, огромных, как наваленные друг на друга менгиры. То и дело они лихорадочно прислушивались к любому звуку, предвещающему погоню.

Но только тишина заполняла до краев непроглядный как ночь канал, и нарушали ее лишь звуки шагов землян и скрип их башмаков.

Наконец, не веря собственным глазам, они увидели далеко впереди отблески бледного света. Постепенно, подобно жерлу вулкана, освещаемому подземными огнями, стали видны мрачные своды гигантской каверны. На какой‑то момент путников охватило ликованье, и они подумали, что приближаются к выходу из тоннеля; но свет стал усиливаться со сверхъестественно потрясающей быстротой и походил скорее на отблеск пламени печей, а не солнечный свет, попадающий в пещеру. Он неумолимо полз по стенам и полу пещеры и, упав на пораженных землян, затмил слабый свет фонаря Хэйнса.

Зловещий и непонятный свет, казалось, угрожающе наблюдал за ними. Изумленные, они стояли в нерешительности, не зная, то ли им продолжать свой путь, то ли вернуться назад. Затем из пламенеющего воздуха раздался голос, говорящий как бы с легким упреком: звучный, мелодичный голос Валтума.

– Возвращайтесь назад тем же путем, земляне. Никто не может покинуть Равормос без того, чтобы я не знал об этом, или против моей воли. Смотрите! Я послал своих стражей сопроводить вас.

Освещенный воздух, казалось, был совершенно пуст, а дно реки было покрыто только огромными, нелепой формы валунами и их короткими тенями. Внезапно, как только перестал звучать голос, Хэйнс и Чанлер увидели перед собой на расстоянии десяти футов двух внезапно появившихся существ, не сопоставимых ни с чем ни в марсианской, ни в земной зоологии. Жирафы, с короткими ножками, отдаленно напоминающими лапы китайских Драконов, и длинными спиралевидными шеями, похожими на кольца свернувшейся анаконды. Их головы обладали тремя мордами, и они могли бы сойти за триад некоего дьявольского мира. Казалось, каждая из рож была безглазой, но при этом из глубоких глазниц под косыми бровями вылетали длинные языки пламени. Бесконечной рвотной массой огонь изливался из зияющих, как у горгулий, ртов. На голове у каждого из монстров светились нестерпимым блеском тройные зубчатые ярко‑красные гребни, у обоих были бороды в виде завитушек малинового цвета. Их шеи и изогнутые спинные хребты окаймлялись острыми, длиной со шпагу, лезвиями, уменьшающимися до размеров кинжала на суживающихся хвостах, все их тела, так же как и это грозное вооружение, казалось, горели, словно они только что вышли из огненной печи.

От этих химер ада исходил ощутимый жар, и земляне поспешно отступили перед летящими огненными клочьями, похожими на относимые ветром лохмотья большого пожара, оторвавшимися от струй огня, вылетающих из глазниц и рта.

– Боже мой! Эти твари сверхъестественны! – вскричал потрясенный и напуганный Чанлер.

Хэйнс, хотя и был явно поражен увиденным, все же склонялся к более ортодоксальному объяснению.

– Это должно быть разновидность голографии, – утверждал он, – хотя я не могу представить, как можно проецировать трехмерные образы и одновременно создавать ощущение жара… Правда, у меня мелькнула мысль, что за нашим побегом наблюдают.

Он поднял тяжелый обломок металлизированного камня и с усилием бросил его в одного из светящихся монстров. Нацеленный безошибочно, камень ударил чудовище в лоб, и в момент соприкосновения, казалось, взорвался дождем искр. Существо ярко вспыхнуло и раздулось до громадных размеров, послышалось огненное шипение. Хэйнс и Чанлер отпрянули назад – волны опаляющего жара были нестерпимы, их стражи шаг за шагом следовали за ними по каменистому дну. Оставив всякую надежду на побег, преследуемые по пятам монстрами, земляне возвращались в Равормос, с трудом передвигая ноги в проваливающемся песке, перебираясь через уступы и желоба в скалах.

Достигнув места, где они спустились в речное русло, они обнаружили, что выход из него охраняется еще двумя ужасными драконами. Им не оставалось иного пути, как взбираться по высоким уступам к поднимающемуся наклонно тоннелю. Всеконечно устав от длительной ходьбы и обессилев от тупого отчаяния, земляне вновь оказались во внешнем зале, с идущими теперь уже впереди стражами, выполняющими роль почетного эскорта самого дьявола. Оба были ошеломлены осознанием ужасной и таинственной силы Валтума; и даже Хэйнс хранил молчание, хотя мозг его был занят тщетным и отчаянным поиском путей выхода из сложившейся ситуации. Более чувствительный Чанлер испытывал все муки и ужасы, которые могло причинять ему в данных обстоятельствах его чересчур развитое воображение.