Читаем А что, если?.. полностью

Вероятно, именно поэтому Шарлотта предложила нам сделать пулю из волшебным образом стабильного вещества, у которого та же плотность, что у нейтронной звезды.

Что станет с Землей?

Можно представить себе, что мы выпускаем нашу пулю из пистолета[169], но, может быть, интереснее просто ее уронить? В любом случае, пуля ускорится, пробьет земную кору и устремится к центру Земли.

Землю это не уничтожит, но эффект будет весьма странный.

Когда пуля будет в нескольких метрах от поверхности, сила ее гравитации притянет огромное количество почвы, частицы которой будут хаотически колебаться вокруг падающей пули, разлетаясь во все стороны. После падения пули вы почувствуете, как вздрогнула земля, а на месте падения останется смятый, неровный кратер без входного отверстия.

Пуля пройдет прямо сквозь земную кору. Вибрация на поверхности быстро прекратится. Но глубоко внутри пуля в процессе падения будет сдавливать и испарять вещество мантии. Ударная волна отбросит вещество с пути пули, оставляя за ней след из раскаленной плазмы. Подземная комета! Этого в истории Вселенной еще не было.



В конце концов пуля застрянет в никелево-железном ядре Земли[170]. Энергия, которую получит при этом планета, будет гигантской в масштабах человека, но Земля ее практически не заметит. Притяжение пули повлияет только на вещество Земли в радиусе нескольких метров – хотя пуля достаточно тяжела, чтобы пробить кору, ее гравитации самой по себе недостаточно, чтобы разрушить прочные скальные породы.

Пуля будет навсегда погребена в Земле. И когда рано или поздно Землю поглотит стареющее разбухающее Солнце, пуля упокоится в его центре.

Солнце недостаточно плотное, чтобы самому стать нейтронной звездой. После того как наше светило поглотит Землю, оно пройдет еще через несколько стадий расширения и сжатия и в итоге станет маленьким белым карликом с пулей, все еще хранящейся в его центре. Однажды, далеко в будущем, когда Вселенная будет в тысячи раз старше, чем сейчас, этот белый карлик окончательно остынет и погаснет.

Таков ответ на вопрос о том, что бы случилось, если бы мы выпустили пулю в направлении центра Земли. Но что, если бы мы просто держали ее у поверхности?

Поставим пулю на прочный постамент

Сначала нам потребуется установить пулю на бесконечно прочный волшебный постамент, а постамент придется установить на столь же прочную платформу – достаточно большую, чтобы выдержать подобный вес. В противном случае вся конструкция уйдет в землю.



Если площадь постамента будет примерно равна площади городского квартала на Манхэттене, то он, скорее всего, сможет продержать пулю над землей хотя бы несколько дней, возможно – дольше. В конце концов, Эмпайр-стейт-билдинг – который весит столько же, сколько наша пуля, – стоит на аналогичной платформе, и хотя ему уже больше, чем несколько дней [источник не указан], под землю он еще не ушел [источник не указан].

Пуля не превратит атмосферу в вакуум. Она наверняка сдавит окружающий воздух и слегка его подогреет, но, как ни странно, не настолько, чтобы это стало заметным.

Можно ли до нее дотронуться?

Давайте представим, что вы это сделали.

Гравитация у этой штуки очень сильная, но не чрезмерная. Представьте, что стоите в десяти метрах от нее. На этом расстоянии вы почувствуете очень слабое притяжение в направлении постамента. Ваш мозг, не приспособленный к нестандартной гравитации, решит, что вы стоите на склоне.


Не надевайте ролики!


Этот мнимый склон становится все круче по мере того, как вы подходите к постаменту, словно земля под ногами постепенно опрокидывается.



Когда вы подойдете на расстояние нескольких метров, очень сложно будет удержаться на ногах и не покатиться к постаменту. Однако если за что-нибудь ухватиться – за какую-нибудь ручку или за столб, – можно подойти довольно близко.


Физики из Лос-Аламоса сказали бы, что мы «дергаем дракона за хвост».


Но я хочу его потрогать!

Если решите подойти достаточно близко, чтобы дотронуться до пули, вам потребуется за что-то очень крепко держаться. Честно говоря, лучше всего использовать ремни безопасности или хотя бы шейный корсет, потому что на расстоянии вытянутой руки от пули ваша голова будет весить примерно столько же, сколько маленький ребенок, и ваша кровь перестанет понимать, куда ей течь. Однако если вы – военный пилот, привыкший к перегрузкам, ваш организм с этим справится.



Кровь под таким углом будет приливать к голове, но дышать вы пока еще можете.

Когда вы вытянете руку, притяжение станет гораздо сильнее. 20 см от пули – это точка невозврата. После того как кончики ваших пальцев окажутся за этой чертой, рука станет слишком тяжелой, чтобы вы могли отдернуть ее (если вы умеете подтягиваться на одной руке, вам удастся подобраться еще чуть ближе).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Метафизика
Метафизика

Аристотель (384–322 до н. э.) – один из величайших мыслителей Античности, ученик Платона и воспитатель Александра Македонского, основатель школы перипатетиков, основоположник формальной логики, ученый-естествоиспытатель, оказавший значительное влияние на развитие западноевропейской философии и науки.Представленная в этой книге «Метафизика» – одно из главных произведений Аристотеля. В нем великий философ впервые ввел термин «теология» – «первая философия», которая изучает «начала и причины всего сущего», подверг критике учение Платона об идеях и создал теорию общих понятий. «Метафизика» Аристотеля входит в золотой фонд мировой философской мысли, и по ней в течение многих веков учились мудрости целые поколения европейцев.

Лалла Жемчужная , Вильгельм Вундт , Аристотель , Аристотель

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Античная литература / Современная проза
История математики. От счетных палочек до бессчетных вселенных
История математики. От счетных палочек до бессчетных вселенных

Эта книга, по словам самого автора, — «путешествие во времени от вавилонских "шестидесятников" до фракталов и размытой логики». Таких «от… и до…» в «Истории математики» много. От загадочных счетных палочек первобытных людей до первого «калькулятора» — абака. От древневавилонской системы счисления до первых практических карт. От древнегреческих астрономов до живописцев Средневековья. От иллюстрированных средневековых трактатов до «математического» сюрреализма двадцатого века…Но книга рассказывает не только об истории науки. Читатель узнает немало интересного о взлетах и падениях древних цивилизаций, о современной астрономии, об искусстве шифрования и уловках взломщиков кодов, о военной стратегии, навигации и, конечно же, о современном искусстве, непременно включающем в себя компьютерную графику и непостижимые фрактальные узоры.

Ричард Манкевич

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Математика / Научпоп / Образование и наука / Документальное
История леса
История леса

Лес часто воспринимают как символ природы, антипод цивилизации: где начинается лес, там заканчивается культура. Однако эта книга представляет читателю совсем иную картину. В любой стране мира, где растет лес, он играет в жизни людей огромную роль, однако отношение к нему может быть различным. В Германии связи между человеком и лесом традиционно очень сильны. Это отражается не только в облике лесов – ухоженных, послушных, пронизанных частой сетью дорожек и указателей. Не менее ярко явлена и обратная сторона – лесом пропитана вся немецкая культура. От знаменитой битвы в Тевтобургском лесу, через сказки и народные песни лес приходит в поэзию, музыку и театр, наполняя немецкий романтизм и вдохновляя экологические движения XX века. Поэтому, чтобы рассказать историю леса, немецкому автору нужно осмелиться объять необъятное и соединить несоединимое – экономику и поэзию, ботанику и политику, археологию и охрану природы.Именно таким путем и идет автор «Истории леса», палеоботаник, профессор Ганноверского университета Хансйорг Кюстер. Его книга рассказывает читателю историю не только леса, но и людей – их отношения к природе, их хозяйства и культуры.

Хансйорг Кюстер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература