Читаем 9 Правил Барыги полностью

Олег зашёл к себе домой, закрыл за собой дверь и, оглядевшись, вспомнил, сколько сил, времени и средств было вложено в эту квартиру. Ему взгрустнулось от того, что он не мог жить здесь всё это время, но зато даже сейчас, через столько времени, квартира выглядела довольно-таки стильно и современно. Ничего в ней не напоминало типичную хрущёвскую двушку. Стена между кухней и одной комнатой была снесена, образуя большое единое пространство из коридора, кухни и комнаты. Зону между кухней и гостиной разделяла барная стойка, над которой свисало два светильника из Дании, привезенные в Россию, благодаря фирме «Бо-концепт». Сама кухня, а точнее пол, был поднят на десять сантиметров по сравнению с полом во всей квартире, тем самым дополнительно выделяя кухонную зону от остальных. Рядом с барной стойкой стояли два высоких чёрных стула, которые Олег специально заказывал у одного ресторатора. В самой же барной стойке скрывалась посудомоечная машина и мини-бар. Хотя, с учётом постоянных гостей, бар этот был далеко не мини! По другую сторону барной стойки расположился большой кожаный диван, напротив которого на стене, словно картина, висел телевизор. Диван этот Олег купил у одной итальянской мебельной фабрики, отдав за него несколько тысяч евро, но, видя то, как хорошо он выглядит сейчас, после стольких лет, он ещё раз понял, за что он отдал такие деньги.

Везде, куда падал взгляд Олега, виднелся толстый слой пыли: кухня, барная стойка, подоконники, диван и даже на чёрной плитке на полу пыль была очень заметна. Олег открыл дверь спальни, и там ситуация с пылью была такой же. Сама спальня была небольшой. В ней была двуспальная кровать, прикроватная тумбочка и большой шкаф во всю ширину и высоту комнаты. Найти шкаф таких размеров даже в Москве было нереально, и Олег для его покупки снова обратился в уже знакомую ему итальянскую мебельную фабрику, а те в благодарность за такую лояльность к их производству даже сделали тридцатипроцентную скидку. Воздух в комнате был спёртый, Олег сразу это почувствовал, так как хорошо помнил такой воздух по маленькой тусклой обшарпанной камере, в которой просидел дольше, чем мог себе когда-либо вообразить. С воздухом в комнате даже не справлялась японская плитка на стене. Хотя, когда он её покупал на Барвихе, его уверяли, что эта плитка впитывает запахи и влагу. В доказательство своих слов продавец брызгал водой рядом с плиткой, и та, будто испарялась, притягиваясь к плитке, словно её туда всасывал пылесос. Конечно, Олег купил эту плитку не за это – ему просто она понравилась, а его знакомая, которая помогала ему с дизайном квартиры, ещё больше убедила его в покупке, сказав, что такая плитка будет классно смотреться на одной из стен в спальне.

Воеводин вышел на балкон и раздвинул окна в стороны. «Свежий» московский воздух мощным потоком хлынул в квартиру. Оставив балконную дверь открытой, он плюхнулся на кровать. Мягкий и одновременно упругий матрас поддерживал осанку Олега в идеальном положении. Он чуть не кончил, впервые за столько лет оказавшись на нормальной человеческой кровати! Всё это время он спал на тюремных нарах, которые по сути своей были лишь спаянными между собой перилами, образующими крупные квадратные дырки, куда постоянно проваливался матрас. Сам же матрас был толщиной чуть больше стандартного одеяла, поэтому, когда Олег лежал на боку, ему, видимо, пережимало вены, идущие от сердца к ногам, и кровь к ним не поступала. Наверное, поэтому ступни его превращались в лёд ночью и были способны разбудить своим холодом Олега лишь от прикосновения к более тёплым икрам. Но самое интересное было то, что, когда его будили сотрудники, чтобы закрыть на замок койку, Олег, не чувствуя ног, падал на пол в попытке опереться спросонья на ноги. Такое у него было раза три за весь срок, и все эти три раза сотрудники не понимали, что с Олегом. И только Олегу было смешно, так как он не ощущал боли, а даже, наоборот, чувствовал лёгкое приятное покалывание по всем ногам, зная, что это кровь, наконец, прорывается в ранее недоступные области.