Читаем 9 дней полностью

— А дальше очень интересно получается, — сказал Гена и поставил перед Бравиком дымящуюся кружку. — Вот именно что роман Пикуля. С апреля 1877-го по январь 1878-го полк передислоцировался от Ардагана к Карсу, а затем к Эрзеруму. Все это время полк интенсивно воевал и нес большие потери. Времена были жуткие, доантибиотическая эпоха. Две трети раненых погибали от септических и гангренозных осложнений. Имеретинский полк вел непрерывные бои и сохраниться мог только при условии своевременного пополнения. А пополнений он не получал, Юферев упоминает это обстоятельство неоднократно. Все пополнения направлялись в Кобулетский отряд, там сложилось наиболее тяжелое положение. И тем не менее Имретинский полк сохранил семьдесят процентов личного состава.

— Да-да, это очень интересно. Но при чем тут Вовкин дед?

— Слушай дальше. Оказывается, в полку была отлажена замечательная медицинская служба. В распоряжении врачей имелся превосходный инструментарий. Заготовки под инструменты делали в полковой кузне и доводили в оружейной мастерской. Хирурги госпиталя владели разнообразными анестезиологическими методиками и были весьма осведомлены в вопросах гнойной хирургии. Благодаря этому, потери от раневых осложнений были сведены к минимуму. Юферев был хорошим рисовальщиком и проиллюстрировал свои мемуары. Он изобразил схему полевого госпиталя и вспомогательных служб, а также инструменты.

Гена порылся в бумагах, нашел распечатку с рисунками пером и подал Бравику.

— Смотри, — сказал он. — Механический ранорасширитель. Неплохо для полкового лазарета?

— Нашелся какой-то Кулибин… — Бравик пожал плечами. — Голь на выдумки хитра. Как говорит Никон: и хули?

— Вовкин дед, Николай Иванович Шкуренко, умер в девяносто седьмом. Вовка летал на похороны, я сам отвозил его во Внуково.

— И что?

— В «Хрониках 157-го Имеретинского пехотного полка» и в мемуарах генерала Юферева упоминается один и тот же человек. Военный врач, выпускник Киевского университета. Он-то, по свидетельству Юферева, и создал в Имеретинском полку невероятно эффективную госпитальную службу. В Имеретинский полк его перевели из Тарутинского егерского, в июне 1877-го. В завершение кампании он был награжден орденом Святой Анны третьей степени. Как, ты думаешь, звали того человека?

— Пирогов… — Бравик зевнул в кулак. — Авиценна. Святой Петр.

— Шкуренко. Капитан Алексей Никифорович Шкуренко.

— Это совпадение.

— Вовка хранит в компе файл с упоминаниями о прапрадеде и человеке с фамилией деда. Эти люди служат в одном полку, и в одно время. Ну разумеется, это совпадение.

— Хм… — Бравик взял кружку и сделал глоток. — Хорошо, это не совпадение.

— И вот это почитай, — сказал Гена.

Он дал Бравику другую распечатку.