– Что здесь понадобилось управлению по связям со СМИ? – зарычал он.

Миками выпрямил спину. Он понятия не имел, что отвечать.

– Ведь это вы, да? – Глаза Аракиды сверлили Миками; теперь в них читалось обвинение. – Сегодня утром… «Тоё», «Таймс». Дайте угадаю. Вы что-то узнали из разговора с Итокавой?

– Я ни при чем…

– Кто же тогда допустил утечку?

– Я как раз собираюсь этим заняться.

– Собираетесь, вот как?

– Совершенно верно.

– Впрочем, меня это не касается. Скоро, так или иначе, все станет известно!

Судя по его угрожающим интонациям, Аракида хотел его предостеречь: «Не думай, что подобные штучки сойдут тебе с рук». Аракида покосился на Миками, чтобы определить, понял ли он намек, и жестом велел Мацуоке следовать за собой. Он направился к своему кабинету.

– Если вы не из нашего департамента, вам здесь делать нечего!

Произнеся последнюю ядовитую фразу, Аракида захлопнул дверь. Первое и второе лицо уголовного розыска скрылись в кабинете директора. Они были настороже, словно готовились к войне.

Глава 24

Северный ветер дул Миками в лицо.

Он сел в машину, сунул ключ в замок зажигания и завел мотор, но не тронулся с места, а достал из кармана пиджака сигареты. Закурил, затянулся, неподвижно сидя в водительском кресле и глазея в окошко, не сводя взгляда со здания, из которого только что вышел. Сердце у него до сих пор учащенно билось. Он слышал слова Мацуоки, которые все время повторялись в голове: «Постарайтесь выяснить, зачем приезжает комиссар…»

Почему руководство в Токио обратило свои взоры на департамент уголовного розыска в префектуре Д.? В чем истинный мотив?

Мацуока посоветовал ему спросить своего босса, но Акама ни за что не откроет тайну, даже если Миками в самом деле обратится к нему. Скорее всего, Акама просто прогонит его и скажет, что уже все объяснил. Видимо, Акама тоже считал ниже своего достоинства объяснять что бы то ни было подчиненному, когда речь зашла о визите комиссара. Акама только приказывал и ничего не собирался обсуждать. Миками же он не доверял с самого начала. Акаме, наверное, казалось: если бы не его помощь с розысками Аюми, Миками охотно предал бы административный департамент и занял сторону своего «родного» уголовного розыска…

Миками посмотрел на цифровые часы на приборной панели. Уже второй час дня. Чувство долга призывало его; дело не терпело отлагательств. Что ему придумать, как уговорить Амэмию? По ненавидящему взгляду Аракиды стало ясно, он вовсе не собирался ни перед кем оправдываться. Наоборот, был настроен воинственно и всеми силами препятствовал тому, чтобы сотрудники администрации совали нос в его дела. Уголовный розыск не просто защищался. Миками догадывался: по ту сторону «железного занавеса» готовятся к контрудару.

Внутренний голос подсказал: «Нужно начать с записки Коды».

Пока он не был уверен даже в том, что такой документ существует; конечно, он не знал о его содержании. Футаватари же явно исходил из предпосылки, что записка Коды – нечто реальное. Опираясь на свою уверенность, он пытался проникнуть на территорию уголовного розыска. Записка Коды – ключ ко всему; по-другому и быть не может… Уголовный розыск взбунтовался. Амэмия отказывается принять комиссара. Истинная причина для приезда комиссара… Миками все больше убеждался в том, что с помощью записки он решит все три загадки.

Не требовалось быть гением, чтобы предположить, что записка – некий документ, составленный Хидэки Кодой. Во времена «Дела 64» Кода служил в отделе особо тяжких преступлений при Первом управлении. Он был одним из четырех оперативников, которые разместились у Амэмии дома. Пока они находились там, что-то пошло не так… И вследствие этого Амэмия разочаровался в полиции. В записке Коды изложено, что тогда произошло…

Миками понимал, что его догадки недалеки от истины.

То, что Кода подал в отставку всего через полгода после похищения, только подтверждало версию Миками. В его личном деле записали, что он вышел в отставку «по личным причинам», а на самом деле его наверняка вынудили уйти, видимо, он написал о том, что тогда произошло в доме Амэмии. А может быть, о существовании записки стало известно уже после его отставки.

Но…

Миками стал вспоминать, что случилось четырнадцать лет назад. Он ведь тоже побывал в доме у Амэмии. Вечером после похищения он приехал к Амэмии и находился в одной комнате с самим Амэмией, его женой и оперативниками. Там он оставался до четырех часов пополудни следующего дня. Он напрягал память, но так и не смог припомнить, чтобы за то время между ними возникло хотя бы подобие разногласий. Может, он чего-то не заметил? Может, что-то случилось уже после того, как он уехал?

Записку написал Кода – значит, проще всего спросить о ней его самого… Однако Кода, по словам Мотидзуки, пропал без вести. В уголовном розыске тоже не знают, где он находится; они не в состоянии найти источник огня. Вот почему они пришли в такой ужас, узнав, что Футаватари наводит о нем справки.