Пачка писем со вчерашнего дня ждала своей доразборки. Галя их просматривала и прямо на конвертах подписывала, что с ними делать дальше. Конверты с выполненными уроками она складывала в одну стопку. В другую – письма тех, кто впервые обратился за обучением. Послания без уроков она брала на работу, чтобы прочесть их в обед, подчеркнув красной ручкой самое важное – это облегчало ее труд, когда она собиралась отвечать братьям. Не пройдя через зону, Галя могла только догадываться, что может значить для заключенного весточка с воли, когда дружки тебя забыли, а родственники не хотели знать. Глоток свежего воздуха? Доказательство, что не все в жизни потерянно, пока хоть кто-то в этом мире интересуется тобой? Женщина надеялась, что это так. И потому, она старалась сделать все, чтобы ее ответ содержал надежду и весть о Божьем прощении и любви …

Вдоволь натрепав уличные фонари и кроны уснувших на зиму деревьев, ветер наконец успокоился и затих. Мороз крепчал. В просветах между темных, как одеяла облаков, задумчиво плывущих куда-то в ночной мгле, показались звезды.

Галина спала, уткнувшись в родное плечо мужа. Она тихонько посапывала и уже не переживала о людской неблагодарности. В тот момент ей не было обидно, что не получается донести до остальных – какое это, на самом деле, великое счастье выполнять волю Божию и следовать Его водительству. Никакие тур. поездки или развлечения не могли дать ощущение полноты жизни, какое переживала Галя, когда, преодолевая усталость и лень, все же садилась за проверку уроков из зон. Конечно, в тюремном служении, как и везде, были свои трудности. Но, даже проходя через испытания, наподобие сегодняшнему, Галина чувствовала на себе благословляющую руку Господа и Его поддержку.

Звезды сверху смотрели на Божию дочку и улыбались. Или это были Ангелы?

14. День святого Патрика

В марте темнота и холод уже не столь властны, как зимой: и день равен ночи, и мороз, хоть и щиплет щеки, но ты, кряхтя, наряжаясь в шубу, всё же понимаешь, что это не надолго, что свиристели уже облепили рябину в городском саду. А это значит, прощай морозы, и здравствуйте капели, журчание ручейков, брызги из-под колес, переполняющих город автомобилей, и их следы на моём бежевом демисезонном пальто.

Мартовский вечер мне захотелось провести плодотворно: стряхнуть с себя зимнюю лень и заняться генеральной уборкой, помыть ванную, выкинуть старые журналы, или наконец-то написать письмо, которое третий месяц ждут наши друзья. Еще возникла сумасшедшая и очень привлекательная идея – отложить земные попечения, и просто прогуляться с мужем по вечернему городу, целенаправленно обходя всяческие бутики и магазины, и, обращая внимание исключительно на весенние изменения в окружающей обстановке. Всё! Решено. Этот вечер мы посвящаем друг другу, а журналы…, пусть они попылятся еще пару деньков.

Не переодеваясь, забегаю на кухню. Наскоро, из замороженной гороховой каши варю гороховый суп. Мы с мужем радостно воркуем, поглощая пищу, и обсуждая перспективы предстоящей прогулки.

– Давай пойдем по улице Цюрупа?

– А давай! Только почему именно туда?

– Посмотрим зимнюю обувь. Вон, кожа на твоих ботинках второй раз расходится после ремонта. Как раз начинаются весенние скидки, распродажи… ну, ты понимаешь.

Похоже, муж действительно понял, так как лицо его вытянулось, а блеск в глазах потух.

– Мы же собирались исключить магазины из сегодняшней прогулки. Опять я буду осликом, – меняя интонацию с удивленной на безнадежную, произнес муж, – сперва, ботинки, потом попадутся яблоки, картошка, и в результате взаимное общение выродится в перетаскивание тяжестей.

Тут муж посмотрел так жалобно, что я окончательно осознала, что сморозила глупость. Желая загладить свою вину, решила предложить что-нибудь романтичное.

– Тогда давай обойдем все цветочные ларьки в округе. Покупать цветы не будем, – торопливо предупредила я мужние возражения, – просто посмотрим, какие цветы где продают, вдохнем их аромат, насладимся эстетикой ваз, и всяких там штучек – дрючек, ленточек, сопутствующего товара… нужно не забыть дисконтную карту на букеты.

Последнюю фразу я пробурчала под нос так, что Сергей вряд ли её расслышал.

– А давай! – вновь радостно поддержал муж, – только между цветочными ларьками не будем заходить ни в один из магазинов, и всё внимание сосредоточим на природе.

– А давай!

– А давай!

Мы рассмеялись.

– К тому же, торговля ведется и на улице… шучу, шучу, – поспешила вставить я, видя, как муж вновь меняется в лице.

– Я знаю только два ларька: через дорогу, и на остановке, в квартале от нас. Ещё есть два по дороге к маме. Но, во-первых, это далеко, а во-вторых, мы там с тобой облазали всё вдоль и поперёк. Последний букет на мой день рождения ты где покупал? – спросила я, с благодарностью к мужу, оглядев распускающиеся лилии.

– Как раз на остановке, – муж тоже с любовью взглянул на прекрасный букет, стоящий посредине стола.

– Может, знаешь какие-то другие цветочные точки? – провела я пальцами по ароматному бутону, пахнущему нашей свадьбой.